Ельдес СЕЙТКЕМЕЛ. Ақ жал (каз.). Как жаль…

…Странно, но всегда почему-то веселило название премии «Тарлан».  Казахско-русские словари переводят это слово  однозначно – «сивый». Без всяких дефиниций на «сивку-бурку, вещую каурку». И здесь стоит вспомнить, что учредители премии, будущие «акжоловцы», еще не знали символа своей партии – отсеченную от крупа голову белой лошади. Той самой, обретшей трудную судьбу нечестного «сивого мерина», дружка бредящей о лучшей доле «сивой кобылы». Привиделось это им в цирке, помните? Когда в зале погас свет…и «светлый путь» озарился видением белого коня, скачущего…да, совершенно верно – по кругу. Кому как не нам это знать.

Взлелеянный Степью

В древние тюркские времена, когда Кюльтегин и другие полководцы шли в бой, назывался поименно каждый конь, пусть даже он гибнет в первой же сече. Герой садится на второго, на третьего, и каждый конь поименен, потому что таковы были традиции, законы кочевой культуры. А потом наступает деградация, и появляется этот последний поименный конь. Были раньше и Тайбурыл в казахском эпосе, и многие другие. Но Құлагер и его трагическая гибель в небольшой по объему поэме Ильяса Жансугурова воплощают собой огромную трагедию рухнувшей цивилизации.

Байкен КАРАБАЛИН. Приват-демократия, виват!

Власть настаивает, что политическая реформа и все последующие процедуры осуществлены в полном соответствии с заявленными целями. Поэтому итоги выборов – это не просто шаг в правильном направлении, а суть выражение воли народа. Оппозиция же с не меньшей убежденностью негодует по поводу того, что страна окончательно скатилась к авторитаризму. По существу, это главный аргумент оппонентов власти, но далеко не самый бесспорный.

Страницы