Негина ИСМАИЛОВА. Виновен, потому что совпадает… имя?

Судебная система Казахстана весьма часто становится объектом критики. Как правило, ею занимаются общественники, иногда – предприниматели, обращающиеся ради этого в СМИ. Казалось бы, к любым вывертам судебной системы можно было привыкнуть, но иногда узнаешь нечто такое, что показывает – дно еще не достигнуто, мы бодро погружаемся ниже и ниже.

 В Алматы специализированным межрайонным уголовным судом (СМУС) по особо тяжким преступлениям с октября этого года рассматривается примечательное уголовное дело. На скамье подсудимых – Беслан Каимович Лорсанов, которого подозревают в разбое и убийстве. И вот что здесь примечательно – из всех доказательств, что именно Лорсанов участвовал в преступлении, в суде предъявили лишь одно: совпадение его имени Беслан с именем одного из фигурантов, которого не осудили сразу, еще в 2011 году.

Так, на судебном заседании 30 октября 2018 года был допрошен свидетель Салманов, который показал, что в апреле 2011 года он вместе с Васильевой Кристиной (наводчица), Насиповым (организатор), Рузукуловым и Кабыкен был осужден за совершение разбойного нападения в Алматы на дом семьи Хачатрян и последовавшее за нападением убийство. В 2015 году Салманов был условно-досрочно освобожден.

В 2011 году в ходе следствия и выступая на судебном процессе по делу Лорсанова свидетель Салманов подробно сообщил об обстоятельствах нападения на дом семьи Хачатрян и всех соучастниках, которых он ранее и в суде назвал по именам – Аслан, Кристина, Сулумбек, Серик, Закир и Беслан, рассказал, какие они выполняли роли и как действовали.

На вопрос защиты, знаком ли Салманов с подозреваемым Бесланом Лорсановым, свидетель ответил, что с ним он не знаком и видит его впервые, ранее никогда его не встречал, его фамилия и имя ему неизвестны.

Салманов сообщил суду, что в совершении разбойного нападения в 2011 году участвовал парень по имени Беслан, которого он пару раз видел и о нем давал подробные показания в ходе следствия, говорил что его зовут Беслан, но фамилию его не знал и не называл.

Сам же Лорсанов на допросе сообщил, что он уроженец Алматы, у него есть гражданская жена и несовершеннолетняя дочь. Он подвизался в бизнесе по продаже машин и в 2011 году уехал в Грузию, где также занимался ремонтом и продажей автомобилей.

В Грузии его задержали, он содержался в СИЗО Тбилиси полтора года. Как ему сообщили, задержание произошло в связи с розыском, однако потом Лорсанова отпустили. Документы у него были изъяты, поэтому он не мог выехать в Алматы.

Естественно, виновным себя в предъявленном обвинении Лорсанов не признал.

И это естественно – его защитой было тщательно исследовано уголовное дело в шести томах и не обнаружено ни одного доказательства причастности Лорсанова к преступлению. Кроме Салманова, ни один из соучастников преступления не сообщал о нем никаких сведений, также свидетели и потерпевшие знать его не знали.

Тем не менее, в обвинительном акте следователь Исабаев указал, что вина Лорсанова полностью подтверждается следующим – протоколом осмотра места происшествия, допросами потерпевших Бекоевой и Хачатрян и заключением судебно-биологической экспертизы, что не соответствует действительности. Эти документы не имеют к Лорсанову никакого отношения, так как он там просто-напросто не упоминается.

Следователь Исабаев за три месяца расследования допросил только свидетеля Салманова как бывшего соучастника преступления, составил обвинительный акт и отправил дело в прокуратуру, где процессуальный прокурор Кумисбеков, не изучив дело, подписал обвинительный акт и отправил его в суд.

Следователь Исабаев даже не проводил опознание Лорсанова Салмановым, не было между ними и очных ставок. А без этого причастность Лорсанова к преступлению доказать невозможно.

По сути, бремя доказательства вины Лорсанова прокуратура и следствие почетно возложили на судью, председательствующего на процессе. Об этом свидетельствует и то, что даже после личного приема в конце ноября у заместителя прокурора Алматы Мамаева никаких мер реагирования от главного надзорного органа страны так и не последовало.

Сложившаяся практика говорит о том, что теперь прокуратура окажет давление на суд, требуя осуждения Лорсанова любыми способами. В данном случае нет оснований для направления делда на доследование, а оправдательные приговоры наши суды, как правило, не применяют.

Хотя в этой ситуации для всех участников оптимально было бы применить иной подход. Государственное обвинение должно в суде отказаться от всех пунктов обвинения в отношении Лорсанова, подозреваемый должен быть освобожден немедленно, прямо в зале суда, а по делу выносится оправдательный приговор. Естественно, виновные в халатном отношении к своим служебным обязанностям – следователь, его руководство не изучившее дело, процессуальный прокурор, без изучения дела отправивший дело в суд, должны понести строгую ответственность.

Как говорил великий классик Антон Павлович Чехов, пусть преступник, чья вина не доказана, избежит наказания, чем невиновный будет осужден.

Рейтинг: 
Средняя: 3 (2 votes)