Клан Сахарино (Интернет-сериал). Первая серия

Пролог

Мы в кафе. Перед нами стол, за которым сидят двое. Два парня, один поменьше, рыжий, в коричневой кожаной куртке, надетой поверх майки. Второй похож на страшную девицу, он в мышиного цвета платье, женском парике «блондинка» и с накрашенными губами. Парень, который как парень, носит имя Тыковка, имени второго мы не знаем. Они оживленно беседуют и жестикулируют, причем жесты не совпадают со словами. Давайте послушаем.


Тыковка: Рокки Сахарино, по кличке Рафинад… Че ты ржешь?

Девка: Рафинад… прикольно….

Тыковка: Ну на самом деле он предпочитает погоняло Боксер, хотя боксом никогда не занимался. Но за глаза его называют Рафинадом, или Рафиком…

Девка: Итак, этот Рафик…

Тыковка: Ну да… Короче, недавно у них было приключение… Нет, это чистый анекдот, вроде той шутки про поповского сынка и девственницу, которую я тебе рассказал вчера…

Девка: Напомни…

Тыковка: Да это тупая шутка, вроде той, про кетчуп….

Девка: Про какой еще кетчуп….

Тыковка: Ну, блин, из фильма, мать его, помнишь, того фильма, который походит на ту картину, помнишь, где были три укурка и два ствола…

Девка: Короче, ты и дальше будешь ахинею пороть или, наконец, попросишь кофе?

Тыковка: Черт, и впрямь, пора… Гарсон, кофе!

 
Слева в кадр входит  еще один мужик в белом фартуке и переднике с прозрачным чайником, на дне которого плещется темно-коричневая жидкость.

Мужик с кофе: Слышь ты…

Тыковка: Что?

Мужик с кофе: Если бы ты опять, сука, забыл вовремя реплику, получил бы этим горшком (трясет чайником) в репу… поэл?

Тыковка: Ага… (мужик уходит)… Так вот… На чем я, блин, остановился?

Девка: Про этого Рокки Сахарино…Дорассказать уже не успеешь, всего одна реплика осталась. Объясни, что за дурацкий текст мы только что прогнали?

Тыковка: Ну, блин, мы же делаем пиратскую версию «Криминального чтива». Эти криворукие уроды умудрились спереть у Тарантино пленку с голосами, а не с видео, поэтому видео приходится изображать нам…. Пиратская копия, никто и не заметит, что ты не та страшная девка из кафешки, а парень. Ты увидишь, кто изображает Уму Турман!...Ну давай, блин, изобразим поцелуй и разнесем эту дыру к чертовой матери.

 

Парни делают вид, что целуются, потом вскакивают и орут.
Тыковка: Займите мне очередь в буфет!
Девка: Освобождайте сортир, кофе назад просится!

Действие первое

Мы снова в кафе. На этот раз мы наблюдаем за группой мужчин, одетых в дорогие черные костюмы, белые сорочки и стильные галстуки-шнурки. Мужчины сидят за круглым столом и пьют кофе. Мы попадаем в самый разгар беседы.

 
Коричневый:
Песня Пугачевой «Айсберг» - про старую девственницу.

Розовый: Не гони, я миллион раз слышал эту песню, и в ней ни намека на вагину.

Коричневый: Ты тупой! Это аллегория. Когда Пугачева эту песню исполняла, был Советский Союз. Знаешь про такое государство рабочих и крестьян, где жила общность под названием «советские люди»?

Рокки Сахарино (листая записную книжку) Два магнитофона, два медальона…

Балдежный: Рафин…мгм… Боксер, че ты там бормочешь?

Рокки Сахарино: Да так, списочек кое-какой подбиваю…

Коричневый: Короче, в этом Союзе секса не было…

Молодой: Как это не было? Клонированием размножались?

Красно-синий: Нет, твою мать… Это что-то типа гребаной религии – отрицание отрицания или еще какое говно… Короче, перепихон стоял до небес, а секса вроде как не было…

Молодой: Херня какая-то…

Розовый: Так что там с песней?

Коричневый: А все… Секса не было, песни про него были запрещены, за «джага-джага» на киче червонец парились, но петь про него надо было. Песня без секса – что мужик без рефлекса. Вот и маскировали как могли. Таким образом, «Айсберг» - это песня про одинокую старую мымру, которую и в детстве никто, и теперь тем более…

Рокки Сахарино: Я пойду, сделаю копии списка, а вы скиньтесь тут за завтрак забашлять (уходит)…

Розовый: А я вот только недавно понял, что Женя Лукашин, оказывается, улетал в Ленинград…

Молодой: Ты гонишь? Об этом же и снят фильм. Они в бане накеросинились, потом хирурга по ошибке посадили в самолет, ну и так далее… Как ты мог это понять недавно, если фильму уже двадцать лет?

Розовый: Ну вот как-то так получалось, что я этот момент, где все объясняется, постоянно пропускал. Картину, блин, показывают в неудобное время, прямо под Новый год, лучше бы летом крутили, когда отпуск…

Коричневый: Может, мне пристрелить тебя? (все смеются)

Молодой: Ладно, давайте скидываться, раз босс, как обычно, предоставил платить за еду нам. Ну где-то по стольнику баксов с носа…. (все бросают деньги на стол, кроме Красно-синего) Эй, а ты - особенный?

Красно-синий: Я не привык платить за еду. Давайте лучше убежим.

Коричневый: Ты рехнулся?! Нам предстоит серьезная операция, а ты собираешься свалить из кафе, не заплатив? (к столу подходит Рокки Сахарино)

Рокки Сахарино: Эй, вот каждому ксерокопия списка. Смотрите, брать все строго по списку, как там обозначено – два магнитофона импортных, два портсигара отечественных…ну и так далее… Эй, что за хрень, почему не хватает денег за еду?

Красно-синий: А почему это все должны платить, кроме тебя, Рокки? Ты тоже уминал пиццу и пироги, а в общак деньги не вносишь!

Рокки Сахарино: Эй, придурок, я же заплатил за ксерокс!

Красно-синий: А, ну раз ты заплатил за ксерокс, тогда ладно…

Рокки Сахарино: Мне плевать, что ладно… Пора за работу, джентльмены…

 

Затемнение

 
Действие второе

Экран темный, поэтому мы слышим только голоса. Постепенно появляется изображение. Это гостиничный номер «люкс», гостиная, на кожаном диване лежит и плачет Рокки Сахарино, рядом с виноватым видом стоит Балдежный. Больше в гостиной никого нет.

Рокки Сахарино: Я умру, умру, знаю, что умру!

Балдежный: Эй, Раф… Боксер, хорош ныть, многие проходили через разводы… Просто надо забыть…

Рокки Сахарино: Ты идиот?! Думаешь, я переживаю из-за развода? Мы теперь без «крыши» остались, вот что. И теперь я умру, потому что придется добывать деньги, слишком уж рискуя. А у меня сердце слабое, и я умру при первом же серьезном переживании…

Балдежный: Ты что – доктор? Ты что, медицинский закончил? Ответь мне, ты – доктор?

Рокки Сахарино: Придурок! Ну что ты заладил – доктор, доктор… Да, блин, представь себе, я – доктор, я закончил медицинский институт, у меня есть диплом!

Балдежный: Блин, а я думал, что ты скажешь «Нет, я не доктор», а я бы тогда тебе сказал, раз ты не доктор, то и знать не можешь, когда умрешь… И ты бы успокоился. Но раз ты доктор, значит, знаешь. Сочувствую.

Рокки Сахарино: Засунь это сочувствие… Из наших кто остался?

Балдежный: Ну, я… Где-то шляются Коричневый и Розовый, а Молодой и Красно-синий сбежали…

Рокки Сахарино: Да, знаю…. По радио говорят, что они уже запели… Эх, а я им самые лучшие кусочки со стола, самые любимые шмотки, которые в моей семье уже более полувека… Нет в мире преданности. Я умру… (в это время в гостиную входит Розовый).

Розовый (Балдежному): Нас предали?! Нас уже предали?! (показывает на неподвижно лежащего на диване Рокки) А с этим что? (нагибается к нему) Он уже подох?!

Балдежный: Нет, умирает пока что… А ты где шлялся?

Розовый: Да так, решил пересидеть в укромном месте… Только сегодня под залог освободили…

Рокки Сахарино: И меня – под залог! (рыдает в голос) Я умру, блин! Я умираю уже! (входит Коричневый)

Коричневый: Браво! Брависсимо! А можно повторить на бис всю эту сцену?!

Рокки Сахарино: О чем это ты там бормочешь, придурок?

Коричневый: Я о том, что нехрена была разевать роток на то, что проглотить не смог, тогда не было бы проблем с пищеварением!

Балдежный: Эй, как ты разговариваешь с боссом!

Коричневый: Этот ваш босс нас круто подставил! Захотел, видите ли, стать доном! Да кто ты такой, чтобы претендовать на место дона? Ты не дон, ты ган….

Рокки Сахарино (стреляет в Коричневого, тот отлетает к стенке и затихает): Заткнись! Эй, вы, выбросите эту падаль из окна, чтобы выглядело как самоубийство!

Розовый: Я, конечно, может быть и тупой, но как может самоубийца с «огнестрелом» вывалиться из окна? Это будет выглядеть, как будто его замочили сперва, а потом из окна выбросили, чтобы избавиться от трупа…

Рокки Сахарино: Мне плевать, как это будет выглядеть, его ведь найдут не в нашем номере, а на улице. А из какого окна он туда выпал – это еще вопрос!

Балдежный: Босс, ты – гений!

Рокки Сахарино: Помните об этом, сынки, и мы спасемся!

Розовый и Балдежный вытаскивают Коричневого на балкон, слышится возня, потом глухой стук тела об асфальт. Бандиты возвращаются.

Рокки Сахарино: Так, а теперь давайте по списку пройдемся, который я вам дал… Так, две куртки замшевые…есть, два здания коммерческих… есть, два банкира в подвале… есть…

Балдежный: Эй, босс, у меня есть сюрприз, щас притащу… (Балдежный выбегает из гостиной, потом возвращается, волоча за собой по полу боксерскую грушу) Вот, сюрприз! Там висела, я захватил…

Рокки Сахарино: Придурок! Нахрена ты спер боксерскую грушу, если ее не было в списке?

Балдежный: Ну, я подумал, что, может, ты проголодаешься….

Рокки Сахарино: И съем боксерскую грушу?!

Балдежный: Ну, это не «дюшес», конечно, но с голодухи-то какая разница?..

Рокки Сахарино: Я умру, умру, я знаю, что умру!...

 

Затемнение

 

Эпилог

Снова та же кафешка, что и вначале. За столом сидят те же – Тыковка и Девка. Они беседуют.

Девка: Вот и зима наступила!

Тыковка: Как говорится, в нашей стране нет зимы – есть внезапный спад температуры…

Девка: Остряк. Мы вновь тот же текст отрабатываем?

Тыковка: Нет, теперь нас спонсирует Рокки Сахарино… Завтра кое-что озвучить надо было, у тебя, я слышал, есть талант пародиста…

Девка: Мои условия - стопроцентная предоплата… а что говорить-то?

Тыковка: Да пару тупых реплик… типа «Здравствуйте, мальчики!».

Девка: Это что, гей-шоу?

Тыковка: Все может быть, тексты пишут Розовый с Балдежным, так что… Все может быть…

Девка: Ну что, последний поцелуй?...

Тыковка: Да, время… (изображают поцелуй, вскакивают и орут)

Тыковка: Увольняюсь нахрен!

Девка: Здравствуйте, мальчики!...

 

Продолжение? Будет...
 

Рейтинг: 
Средняя: 3.6 (8 votes)

Комментарии

Ахуеть и не встать! Ну вы бля даете, пацаны!

ерунда...

глупо

Считова. Раскалбас фтеме. Ганите дальше. Далико не глупо. Малаца!

А что звуковую херь не замутите?

Рахат Мухтарович, отсыпал бы этим мудакам-затейникам из своих припасов, так они такую байду замутили бы, куда там твоим "прослушкам"!

Раха не продается, Раха только покупает, пока что. А там будем посмотреть.

Однажды Пай Мэй, предводитель клана Белого Лотоса... Белого Сахара... Белого...

Про боксерскую грушу вставило. Это же реальный эпизод! Не из кино тарантиновского, а из жизни!

Все возможно в жизни, что казалось бы невозможно в принципе. На том и стоит русский человек. Ну, наверное и кочевник тоже.

В нашей стране кризиса нет - есть внезапный спад экономики - НАН

В нашей стране нет зимы - есть внезапный спад температуры: КЛАН САХАРИНО

РЕСПЕКТ АФФТАРУ!

Прикалываетесь? Приеду - разберюсь. Мы с Тестем в Братиславе кое о чем почирикали. Так что скоро вешайтесь все!

так себе, единственное што реально улыбнуло - про песню пугачихи (вместо мадонны как было в оригинале)

Смена с "Х-а"

-------------------------

Это смена со студии что ли?

С "Хабара", придурок.

Нехуй делать людям. Вот и безобразничают.

Konzjvka voshititelnaya! Schetovaya.

Поклонникам Тарантино посвящается... Эту вещь оценить могут по полной только киноманы.

Несколько затянуто, но очень точное попадание в абрис, в ноту характера РА. Заявляю как человек знавший его по юности и потом общавшийся с ним в зрелости.

Резюме: крайне странная личность. Не казах, не городской, не мажор и сплошное НЕ...

НА ТОРТУГЕ

БОЦМАН:

Налетай, торопись! Йуден, комиссарен, партизанен, коммунистен! Кому жизнь не мила, все садавайтесь, берём па-любому! Каждому пайка и десять плетей в качестве физзарядки!

ДЖОННИ ДЕПП:

Бери пошелупонистее, а то на следующий фильм не останется!

ТЕНЬ КОМАНДОРА:

Чу, слышу я шаги!.. Или это не моя реплика?

ДЖОННИ ДЕПП (прикидываясь веником):

Это я чу, а не ты, дубина.

ТЕНЬ КОМАНДОРА (с выражением):

Бери меня в команду, вот я весь! Ведь из конца в конец несётся весть, что ДЖОННИ ДЕПП команду собирает, не счесть тех молодцов, что под знамёна славы взойдут, не ведая стыда!

ДЖОННИ ДЕПП (шёпотом):

Я пошёл. БОЦМАН, последи за лавкой.

ТЕНЬ КОМАНДОРА:

Я был героем, вот и весь герой! Сорвался вниз в разгаре я погони, пронзённый и поверженный как есть - хочу припасть к ногам твоим, моя Гертруда.

КИРА НАЙТЛИ (откуда ни возьмись, в ГАЛИФЕ на голое тело):

Какая я тебе Гертруда! Вы здесь ещё Гертруду привели! А ну-ка получай, кобель проклятый!

(бьёт КОМАНДОРА бутылкой по голове, тот падает лицом в свинарник, все встают, аплодисменты)

ТЕНЬ КОМАНДОРА, поднимаясь:

Опоссум из ват ви ду. Ви лэй даун энд дай... (падает, делает вид что умер)

ДЖОННИ ДЕПП:

Отлично, запишите и его в команду. Мыть - не надо, так сойдёт. Кстати, кисо, и тебе чмоке, ты с какого района? Тебе говорили, что таким как ты лучше в платье, чем без него? Но увы, платья у меня нет.

КИРА НАЙТЛИ:

Уж замуж невтерпёж. (подмигивает) Так есть хочется, что даже переночевать негде.

ДЖОННИ ДЕПП (роняя челюсть):

Нуу: понимаешь, мы с тобой: это: одной крови, ну там ты и я - крепкая семья: в общем, родственникам браки запрещены.

КИРА НАЙТЛИ:

Как женихов ДЭЙВИ ДЖОНСУ отдавать, так ты не мал, а как помочь юной барышне в её маленькой проблеме: стыдись, Белое Перо!

ДЖОННИ ДЕПП:

Так, срочно гоним к ДЭЙВИ ДЖОНСУ.

НА <ЛЕТУЧЕМ ГОЛОДРАНЦЕ>

ДЭЙВИ ДЖОНС:

Однажды Пай Мэй, предводитель клана Белого Лотоса, шёл по горной дороге, а навстречу ему я. Ну, я уж не знаю, чего это старику взбрело в голову, но он, в своей щедрости, решил мне отвесить крепкого тумака. Ну, я не удержался и отвесил ему тоже. Я уж не помню, что было дальше, пьян был, да только Пай Мэй осерчал и перерезал целый окрестный шаолиньский монастырь, верно, думал, что я тамошний. С тех пор он меня так и искал по всему миру. Я под это дело и подался в подводники, от греха, теперь выхожу на сушу раз в десять лет, а сердечко своё попрятал в сундук, запер его вот этим ЗОЛОТЫМ КЛЮЧИКОМ, а заодно вмонтировал в него пульт дистанционного управления моей СОБАЧКОЙ БАСКЕРВИЛЛЕЙ. Спросите меня - зачем? И я отвечу - вот такой я загадочный головоногий!

ЭКСПЕРТ В ЗАЛЕ (полуобморочным голосом):

Пристрелите меня, я так больше не могу:

Раздаётся выстрел, кого-то выносят. Аплодисменты.

ОРЛАНДО БЛУМ (шёпотом):

Папаша, надо уже отсюда валить, а то прилив скоро, зальёт по самые ноздри, тебе хорошо, ты глубоководное, а мне покамест воздух нужен.

ПАПА КАРЛО:

На баись, малец. Щас самое интересное начнётся. Покер на раздевание!

За кадром играет популярный фокстрот <Оставайся, мальчик, с нами - будешь нашим королём>. Титр: полчаса спустя.

Голый ОРЛАНДО БЛУМ, прикрываясь ладошкой и поминутно краснея, перебирается через фальшборт и берёт курс в тёплые страны. Тем временем в каюте ДЭЙВИ ДЖОНСА капитан, не просыпаясь, играет на органе под аккомпанемент музыкальной шкатулки, в мелодии легко узнать тему "All I Ask of You" Веббера. На особо щемящем моменте ДЭЙВИ ДЖОНС просыпается, чтобы обнаружить у себя под носом нестиранный платочек с дарственной надписью: <от Пай Мэя с любовью, целую в лобик>.

ДЭЙВИ ДЖОНС:

Зараза.

У ХОГВАРДСА

ДЖОННИ ДЕПП:

Так, робяты. Наша цель - коммунизм. Главное не победа, а участие. Не пойман - не вор. Шишел-мышел: эээ: ну, в общем, вы знаете. Паруса поднять! До ветру стоять! Якоря рубить! Как увидите <ГОЛОДРАНЦА> - сразу тикаем.

ДЭЙВИ ДЖОНС:

ДЖОННИ!!!

ДЖОННИ ДЕПП:

Ты так и не смог полюбить синематограф, ДЭЙВИ. И потому ты обречён.

БОЦМАН:

Они заряжают пушку. Зачем? Наверное, они будут стрелять!

ДЖОННИ ДЕПП:

Табань! Отдать кормовые и носовые!!! Топселя-гарделя-марсель-ги

НА ТОРТУГЕ

гиках, шкотах и оттяжках!!! П-паруса па-а-а-адняять!!! Полный!.. стоп!!! Что? А, да!! Нет!!! Полный вперёд!!!

<ЧЁРНАЯ ЖЕМЧУЖИНА> уносится за горизонт под завистливыми взглядами головоногих.

ДЭЙВИ ДЖОНС:

Заполнить балласт, перейти в подводное положение на перископную глубину! Погружение с дифферентом на нос 10 градусов! Ходовая полный вперёд! Носовые торпедные аппараты товьсь!

НА ТАНКЕРЕ <ПРИСТИЖ>

ОРЛАНДО БЛУМ:

Так что зря вы меня выловили, граждане. Плыл бы себе и плыл, ну и что, что без регистрации. Денег у меня всё одно нет, а вот вас скоро ждут большие неприятности.

КАПИТАН:

Нет, ну ты посмотги, ещё один антисемит. Пгям как то пгиведение с мотогом. (кивает на знакомое платье, развешенное в углу)

ОРЛАНДО БЛУМ:

Ага. Так и запишем. Приеду домой, зарэжю. (слышит собачий вой за бортом) Ой, это уже Баскервилль-холл? Моя остановка! (прыгает за борт)

Раздаётся мерный <плюх!> и ТАНКЕР <ПРЕСТИЖ> тихо погружается в воду, попутно загрязняя всё западное побережье Испании.

НА ТОРФЯНЫХ БОЛОТАХ

ДЖОННИ ДЕПП:

Так, вроде все в сборе. КОМАНДОР, моё почтение, вы так и не помылись. КИРА, девочка моя, прикройте ваше недоразумение, перед людями стыдно. ОРЛАНДО, ты как раз вовремя, потом расскажешь, где ты, голый, сумел запрятать ЗОЛОТОЙ КЛЮЧИК. БИВИС и БАТХЕД, не маячьте, станьте в сторонке. Тут на подходе: о, да, вот они, бригада морских котиков, звёздочек и ёжиков с сумбарины ДЖОНСА.

Все рассаживаются.

ДЖОННИ ДЕПП:

Суть этого аттракциона проста как никогда. Я сижу на сундуке ДЭЙВИ ДЖОНСА, внутри - его сердце. У меня в руках - ЗОЛОТОЙ КЛЮЧИК. Кто первый встал - того и тапки. В общем, должен остаться только один, да пребудет с вами Сила. И чтобы не как в прошлый раз в той истории о трагической гибели двух хомяков.

КИРА НАЙТЛИ и ОРЛАНДО БЛУМ:

Бурундуков!

Все с криками кидаются на ДЖОННИ, всё заволакивает пыль. В пылу драки мелькают чьи-то щупальца, голые телеса, шпага, ботфорты и вставная челюсть. Когда пыль рассеивается, все молча сидят верхом на откуда-то взявшемся мельничном колесе, связанный ДЖОННИ ДЕПП со следами засоса на лице пытается сказать сквозь кляп из чего-то, подозрительно напоминающего женское бельё, не хватает только КОМАНДОРА.

КИРА НАЙТЛИ:

Значит, должен остаться только один? Так не доставайся же ты никому!

НА <ЖЕМЧУЖИНЕ>

Оставшиеся в живых мерно гребут к берегу, к шпилю прикован плюшевыми наручниками одетый в кожу бодрящийся ДЖОННИ ДЕПП:

Это было довольно грубо! Ну, пошутили и хватит! Ну и ухади, пративный!

В конце концов он вздыхает, снимает плюшевые наручники и поворачивается к зрителям:

Ну вот и всё, мои маленькие друзья, дальше вам лучше не смотреть, папочке будут делать больно. Давненько я не брал в руки шашку.

С криком <Врёшь! Не возьмёшь! Хороший пёсик!> ДЖОННИ бросается в пасть приближающейся СОБАКЕ БАСКЕРВИЛЛЕЙ.

В ПАЛАТАХ

КОМАНДОР (помахивая вещдоками):

Это вы тут, милейший, такие замечательные бумаги раздаёте?

РЕВИЗОР:

Вот спасибо, хорошо, положите на комод.

НА ДАЧЕ ВУДУ-ПИПЛ

Сквозь рыдания, раздающиеся в зале, еле слышна неторопливая беседа.

КИРА НАЙТЛИ:

Такой молоденький, такой хорошенький: был: (вздыхает)

ОРЛАНДО БЛУМ:

Он мне червонец должен: и мангал второй год не отдавал: (сморкается)

БОЦМАН:

И команда его так любила: царствие ей небесное: (плачет)

ВУДУ-ПИПЛ:

Могу я вам в вашем горе помочь. Только ДЖОННИ спасти это не до ветру сходить, тут настоящий проводник нужен.

БАРБОССА (появляясь под гром аплодисментов):

А вот и я, дорогие мои. Ну-ка рассказывайте, что вы с моим БУХГАЛТЕРОМ сделали?

КОНЕЦ

А что. тоже вставляет. Про Воробья то:-))))

Про грушу прикольно...

Рокки мудак. Надо быть менее нервным, тогда и убираться было бы за ним проще...

А почему автора нет?

Патомушта нет и фсиё тут

Ржу нимагу!

Рафинад наш поп-звизда!

Может "@изда? А уш потом "звизда"?

Ушастая:-))).. В смысле "звизда" с ушами

Чиста канкретна пацандар!

На мастя областя нада паказать!

да уж

ПРикольно, очень даже.... Как Мурзилко