Оправдались ли надежды казахстанцев, связанные с введением национальной валюты?

15 ноября казахстанскому тенге исполнится 25 лет. Как воспринимают этот юбилей наши соотечественники – как повод для гордости или как праздник со слезами на глазах? Оправдались ли наши ожидания и надежды, связанные с появлением национальной валюты? Какое будущее ждет тенге? На эти вопросы мы попросили ответить не финансистов и экономистов, а общественных деятелей. 

Нурул Рахимбек, политолог: «Как только Казахстан выйдет на рынок со своим продуктом, спрос на тенге поднимется»

- К тому времени, когда Казахстан ввел свою валюту, американский доллар уже проник на наш рынок. И была надежда на то, что и тенге твердо встанет на ноги, что его можно будет  выгодно поменять в любой точке мира. Однако этого не произошло. Прежде всего, потому, что мы не сумели построить сколько-нибудь сильную экономику. Вместо  того чтобы распродавать сырьевые запасы, Казахстан мог бы за годы независимости наладить свое производство.
 

Кроме того, лично мне непонятно стремление властей привязать тенге к рублю, тонущему из-за глобальных политических ошибок российского руководства. Когда лодка тонет, все покидают корабль. Мы же, зная, что судно получило пробоину, отказываемся его покидать, хотя вода уже переливается через край. Мало того, все настойчивее звучат призывы к введению единой валюты в рамках ЕАЭС. Сложно представить более глупую  инициативу. Экономика России, претендующая на лидерство на постсоветском пространстве, находится в упадке, к тому же ее международная изоляция может привести и к негативным последствиям для Казахстана.

Будущее тенге зависит только от дальнейших экономических шагов власти. Во-первых, необходимо абстрагироваться от всех других валют и сфокусировать внимание на тенге.  Во-вторых, надо создать привлекательный инвестиционный климат, что подразумевает демократизацию политической системы, формирование по-настоящему свободного рынка, избавление от коррупции и клановой системы. В-третьих, привлеченные инвестиции нужно направить  на создание производственных мощностей и подготовку собственных кадров. В-четвертых, необходимо развивать инновации, чтобы успешно конкурировать на международном уровне. И как только Казахстан выйдет на рынок со своим продуктом, спрос на тенге поднимется, наша национальная валюта станет надежной и устойчивой. 

Максим Андрюшин, член президиума Общенациональной социал-демократической партии: «На будущее тенге я смотрю с надеждой»

- Вряд ли ошибусь, если скажу, что введение в 1993-м национальной валюты воспринималось казахстанцами не только как еще одно проявление государственной независимости, но и как мера, необходимая для выживания в новой гиперкризисной реальности. Разве можно забыть инфляцию и постоянный рост цен, которые были в предыдущие два года и которые после фактического выхода России из прежней «рублевой зоны» в июле 1993-го и вовсе достигли запредельных значений? Хорошо помнится и настоящее нашествие оборотистых россиян, которые ввозили в Казахстан буквально мешки «старых» рублей в обмен на валюту и важнейшие товары.  К слову, я в ту пору подрабатывал в одном из коммерческих банков Алматы и уже на второй день обмена денег услышал стрельбу – произошло вооруженное нападение на банковский обменный пункт.

В общем, в тех условиях для очень многих людей,  и для меня лично,  тенге стал одним из маяков на пути к желаемой экономической и повседневной бытовой стабильности. И отчасти национальная валюта эту задачу выполнила  – назревавшего коллапса удалось избежать, независимое государство наконец-то стало реально регулировать свою финансовую систему.  

Другое дело, что с этого момента в Казахстане уже не рубль, а тенге принял на себя все издержки, вызванные развалом прежней экономической модели, проведением болезненных, изобиловавших ошибками  реформ, откатом к сырьевой экономике. Как следствие, произошло 80-кратное падение курса национальной валюты за четверть века.

 Тем не менее, я смотрю на будущее тенге с надеждой. Поскольку верю, что рано или поздно усилиями казахстанцев будут устранены те дестабилизирующие угрозы, которые стоят сегодня перед нашей страной. Это недиверсифицированная олигархическая экономика, недемократическая политическая система, антисоциальное мышление нашего государства. Думаю, постепенно будут преодолены и неблагоприятные внешние (глобальные) условия. В результате тенге переживет сложные времена и обретет тот смысл и значение, которые изначально были заложены в национальную валюту независимого Казахстана.

Мурат Телибеков, мусульманский общественный деятель: «Появление новых денег стало защитным барьером»

- До сих пор помню свои ощущения при появлении новой валюты. Красивые, сочные картинки с изображениями национальных героев: Чокан Валиханов, Суюнбай, Абай, Аль-Фараби… Стоимость 1 американского доллара – 4,7 тенге. Новенькие тиыны блестели в руках, как золотые. Огромные очереди в пунктах обмена старых рублей на новые деньги…

 Какие были надежды? Была надежда на то, что наконец-то прекратится рост цен, что у людей появится работа, исчезнет рэкет. Повлияет ли на это ведение собственной валюты?  Откровенно говоря, простой люд не видел между ними прямой связи. Непростой люд что-то усмотрел, но объяснения были весьма туманные. 

Это был неизбежный шаг. Страна обрела независимость и пустилась в свободное плавание. У нас появились парламент, акимы, государственные символы, и без национальной валюты картина была бы неполной. В определенной степени ее появление стало защитным барьером от вакханалии, тотального воровства и мошенничества, которые тогда стали обычным явлением на постсоветском пространстве. Каждая из республик спасалась как могла.
 

Каким я вижу будущее тенге? Если мы покончим с коррупцией и воровством, то у нас будет  надежная, устойчивая, пользующаяся доверием валюта. Если же все останется по-прежнему, то придется довольствоваться тем, что каждые пять лет мы будем праздновать юбилей тенге и каждые десять лет менять дизайн купюр.

Сама по себе  национальная валюта не является чем-то определяющим в экономическом и культурном развитии страны. Это всего лишь производная. Есть у меня знакомый финансист, который абсолютно уверен в том, что если  на манер американского доллара в углу купюры сделать надпись «Мы верим в аруахов», то наш тенге станет самой дорогой и устойчивой валютой в мире. А если там нарисовать череп Кенесары-хана, то мы и вовсе превратимся в самую могущественную державу…

Павел Шумкин, профсоюзный лидер: «Реального уважения тенге не заслужил»

- Трудно однозначно ответить на эти вопросы. Неплохо помню, как  в 1994 году дарил в США  весомую для меня 20-тенговую купюру членам их правительства. Больше ничего теплого о национальной валюте сказать не могу.

 Меня всегда удивлял дизайн купюр самых разных валют. Я и советские деньги не понимал. Просто принимал их как неизбежную данность. Если же говорить о надежности валюты, то советская на протяжении десятилетий - до второй половины 1980-х – была образцом надежности. А вот тенге за все время своего существования, к сожалению, реального уважения не заслужил. Я это чувствую на себе каждый день…

Хотя, наверное, нужно помнить и другую правду про появление тенге. Про то, как в те времена у населения вообще не было никаких наличных денег (вклады населения на сберкнижках оказались «замороженными»), либо их катастрофически не хватало. «Нал» завозили вагонами из Москвы, и они обесценивались за неделю. За ними стояли ночами, жгли костры. На шахтах выпускали местные талоны, другие суррогаты денег, которые обменивались на масло, на колбасу. Процветал натуральный обмен, как в средние века. Поэтому появление своей валюты стало важнейшим шагом. Мы хорошо помним цену первых, еще весомых, тенге и тиынов.  Наверное, это и есть «этапы большого суверенного пути».

Мирас Нурмуханбетов, один из учредителей форума «Жаңа Қазақстан»: «На наших купюрах рисуются «понты»

- Оправдались ли мои ожидания и надежды от появления национальной валюты? Сложно сказать.  Это примерно то же самое, как в случае с обретением независимости (одним из символов которой считают и тенге):  ждали  большего, а сейчас ощущается некоторое разочарование.  

Тогда, в ноябре 1993-го, мы воспринимали введение собственной валюты не только как очередное проявление суверенитета нашей страны, но и как возможность достижения некой стабильности. Ведь к тому времени инфляция была галопирующей, ценники в магазинах менялись чуть ли не каждый день.

Первые купюры были очень красивыми, и, казалось, такие деньги не должны быстро обесцениться. Имея в кармане «десятку» (с портретом Валиханова), можно было смело пойти с девушкой в кафе. Конечно, это был не советский «червонец» середины 1980-х, но все же… Немного смущал вид бумажных тиынов, но успокаивало то, что они печатались у нас. Однако «недолго музыка играла». Оказалось, что от инфляции новые деньги «умирают» быстрее, чем от хождения по рукам покупателей и продавцов. 

Кстати, это очень показательно: тенговые купюры являются одними из лучших в мире  по степени защиты от подделок, но вот что касается их наполнения… Как бы сказать, чтобы и «именинника» сильно не обидеть, и правду не утаить? В общем, понты. И эти понты рисуются на наших купюрах, дизайн которых меняется так, будто казахстанской валюте  не 25, а 2500 лет. Все эти ЭКСПО, «председательствования», универсиады и т.д. обязательно находили на них отражение.
Множество защитных элементов – это тоже, по большому счету, понты, поскольку никто особо и не стремится подделывать теньгушки. Ведь подделывают обычно только то, что представляет ценность. Да и огромное количество обменных пунктов говорит о многом.  Впрочем, как и обилие ломбардов и аптек.

Если вспомнить тезис о тенге как о символе независимости страны, то стоит обратить внимание на такой штрих, как буквенный индекс: он прописан на русской кириллице, а не на казахском ее варианте. Не сочтите меня за русофоба, но, на мой взгляд, даже такая мелочь весьма показательна. Не говоря уже о зависимости тенге от рубля. Может быть, кто-то в Национальном банке РК, прочтя эти строки, догадается перевести написание этого индекса на латиницу?

Чего я жду от нашей национальной валюты в будущем? Как и от правительства – ничего хорошего. Лишь бы еще хуже не стало. Относительно угроз, стоящих перед тенге, ничего конкретного сказать не могу – я не финансист. Отмечу только, что сейчас экспертная группа под эгидой форума «Жаңа Қазақстан» разрабатывает экономическую программу, в которой обязательно найдется место и мерам по обеспечению стабильности нашей валюты.

https://camonitor.kz/31977-opravdalis-li-nadezhdy-kazahstancev-svyazannye-s-vvedeniem-nacionalnoy-valyuty.html

Рейтинг: 
Средняя: 5 (3 votes)