Афганистан: родина наших фобий

Эксперты о возможном проникновении «Талибана» в страны Центральной Азии.

 

В Алматы прошел международный круглый стол на тему: «Вывод войск США из Афганистана: влияние на страны Центральной Азии», организаторами которого выступили исследовательский центр A+Analytics (Казахстан) и аналитический консорциум New Geopolitics Research Network.

 

Преамбула

 

Коротко напомним сюжет. США, продолжая реализацию договора с «Талибаном» (запрещен в Казахстане) от 2020 года, начали вывод войск коалиции из Афганистана, завершение которого планируется не позже 11 сентября 2021 года.

 

Талибы, не дожидаясь окончательного вывода войск, значительно активизировали боевые действия, шаг за шагом захватывая новые районы, ключевые пункты, инфраструктуру и военные объекты. На данный момент под контролем «Талибана» находится 195 из 398 районов Афганистана, в том числе большинство в северных провинциях (Кундуз, Тахар, Балх, Бадахшан), граничащих с Туркменистаном, Узбекистаном и Таджикистаном, что, по данным ООН, составляет до 70% территории страны.

 

Возможный приход к власти «Талибана» неоднозначно повлияет на Центральную Азию. Часть специалистов считает угрозу из Афганистана переоцененной: по их мнению, «Талибан» будет концентрироваться на внутренних проблемах и не планирует внешнюю экспансию. Тем более, что в военно-техническом отношении талибы значительно уступают вооруженным силам стран-соседей, а языковой барьер будет препятствием для действий пуштунов в центральноазиатских странах.

 

Иная точка зрения состоит в том, что даже если «Талибан» не будет перебрасывать боевиков, существует большая вероятность распространения радикальной религиозной идеологии, что в условиях сложной социально-экономической обстановки, будет способствовать привлечению новых сторонников «Талибана» из числа граждан государств Центральной Азии.

 

Неоднозначна также и реакция региональных игроков на ситуацию: Россия и Китай, ранее критиковавшие США за военную интервенцию, сейчас, с одной стороны, озабочены ситуацией, а с другой – активно противодействуют возможным усилиям Вашингтона по созданию военных баз в ЦА. ОДКБ и ШОС провели соответствующие совещания, однако практических действий по противодействию угрозам на данный момент не наблюдается.

 

О беженцах и радикалах

 

Один из основных докладчиков конференции, Султан Акимбеков, директор Института азиатских исследований, напомнил, что фобии о беженцах из Афганистана появились с публикацией информации о 9 тысячах афганцев, которых США хочет разместить в одной из центрально-азиатских республик: Казахстан, Узбекистан или Таджикистан.

 

«Думаю, такой проблемы на сегодня нет, а если речь идет о девяти тысячах мигрантах, то, думаю, большая их часть опять же уйдет в Узбекистан и Таджикистан — зачем им ехать к нам? Более проблемно, если начнется какой-то глобальный конфликт, но это маловероятно. Но к этому надо всегда быть готовым, это понятно», – считает Акимбеков.

 

По его словам, массово беженцы утекали из Афганистана еще во времена войны с СССР.

 

«Тогда там, действительно, были страшные потоки беженцев — оценивались в семь миллионов при населении в 20 с лишним миллионов человек, то есть чуть ли не 40% населения. Но больше всего беженцев было в Пакистане и Иране. Многие там так и остались. Люди, которые сейчас штурмуют посольства, это те, кто опасается резкого изменения ситуации. Но это далеко не Сайгон 1975 года, не похоже и никаких разговоров об этом нет. Но если мы посмотрим на приграничные районы, то даже в самые тяжелые периоды войны потока беженцев особо не было. К нам тогда переходило незначительное количество. И если мы представим, что в Афганистане будет очередной этап жесткой гражданской войны, то да, возможно, беженцы появятся, но опять основными направлениями будут Пакистан и Иран, но маловероятно, что это будут границы Центрально-Азиатских стран», – уверен эксперт.

 

Он объяснил и появление радикальных исламистских настроений в Казахстане.

 

«Что касается радикальных настроений, то в Казахстане они появились с обретением независимости потому, что мы не были защищены в идеологическом плане, население было словно чистый лист. Почти все радикалы в Казахстане салафитского направления. Они обучались в арабских странах. В Афганистане же радикальные мусульмане не удержались у власти, потому что по складу афганский народ похож на остальные народы Центральной Азии», – подчеркнул Султан Акимбеков.

 

Кроме того, эксперт уверен, что США сохранят свое влияние в Афганистане несмотря на то, что выводят войска.

 

«Речь идет об очень тонкой политической игре. Американцы поставили всех в сложную ситуацию. Они долгие годы играли роль модератора, обеспечивали финансированием всех. Но чем сегодняшняя ситуация отличается от того, когда СССР уходил из Афганистана? Советский Союз оставил огромное количество тяжелого вооружения, авиацию бомбардировочную. Это придало стране военную мощь. На сегодня у афганской армии этого ничего практически нет. Но американцы сохраняют финансирование, и все контролируется через их центральный офис», – объяснил он.

 

Об успехах и ошибках США в Афганистане

 

Султан Акимбеков рассказал, что «американские власти последние 20 лет пытались построить в Афганистане либеральную демократию», но этого им не удалось, поскольку в стране есть много разных племенных формирований, в каждом из которых существуют внутренние противоречия.

 

«По сути, первые 10 лет американские войска воевали не с талибами, а с местными организациями. Американцы пытались привести всю палитру племён к системе институтов и централизованному государству, но в общинном обществе власть традиционно принадлежит крупным военным лидерам и полевым командирам. Американская администрация пыталась лишить их власти на местах и разоружить. Вместо них размещали представителей централизованной милиции. Но добиться полного успеха в этом не удалось», – подчеркнул эксперт, отметив, что выборы в местную власть, которые организовывали американцы, не давали результатов, наоборот, создавали стресс в стране.

 

По словам Султана Акимбекова, в восточном обществе построить либеральную демократию оказалось невозможно: все, кто был против правительства, просто срывали очередные выборы. Свои маленькие армии имели почти все влиятельные лица в афганской политической жизни.

 

«Талибан» — это не структурированная организация, как «Хамас», например, а «зонтичный бренд», под эгидой которого любой местный представитель может выступить со своими интересами», – объяснил он.

 

Говоря о контроле над Афганистаном, Султан Акимбеков выдвинул три версии:

 

  • Первая – талибы не захватили в действительности большую часть страны. Мы видим лишь заговор, чтобы не дать северным меньшинствам создать Северный Альянс, потому что это отрежет Афганистан от Таджикистана и лишит поддержки России. 
  • Вторая версия заключается в том, что северные меньшинства заключили союз с «Талибаном» и имеют некоторые договоренности.
  • Третья: часть военных временно ушли в Таджикистан и Узбекистан.

 

«Можно предположить, что провинции вдруг взяли и перешли на сторону пуштунов, но несколько дней назад в Кабуле был вооруженный марш нацменьшинств, которые продемонстрировали готовность сражаться в случае необходимости. То есть, они гораздо сильнее, чем может показаться на первый взгляд, и маловероятно, чтобы «Талибан» так легко взял их под контроль», – объяснил третью версию эксперт.

 

Обострение никому не интересно

 

«Обострение в Афганистане не нужно американцам, потому что им не нужно выглядеть как потерпевшим поражение в этой войне. Им не нужно, чтобы завтра этот режим рухнул. Это неинтересно России по понятным причинам. Это неинтересно Ирану, потому что у них сегодня идут переговоры с американцами о продлении ядерного соглашения. Также Ирану важно сохранить то влияние, которое имела хазарийская община на территории Афганистана во время присутствия США. Это невыгодно Пакистану, Турции, а странам Центральной Азии – вообще невыгодно. В Афганистане, внутри, это тоже невыгодно разным политическим силам», - перечислил Султан Акимбеков.

 

Эксперт считает, что на данный момент речь идет о поиске нового равновесия между политическими силами Афганистана после ухода американцев, но с их участием. Вывод регулярных войск США из страны не говорит о том, что США полностью самоустранились от проблемы. Помимо финансирования властей страны, Штаты оставили в Афганистане и около 18 тысяч представителей своих частных военных компаний, которые, по официально озвученным данным, занимаются обслуживанием техники.

 

«США ищут варианты создания своей военной базы в одной из стран Центральной Азии, однако пока никто из них на такие партнерские отношения не соглашается, так как чувствуют определенные риски», – подчеркнул Акимбеков.

 

По его словам, никто в Афганистане сегодня не может рассчитывать на приход к власти за счет только силы.

 

«Для этого нет ни внутренних, ни внешних обстоятельств. Главная точка преткновения, которая была в переговорах в Дохе в последний год, заключалась в том, что основные политические силы Афганистана выступают за то, чтобы была республика в той или иной форме. А «Талибан» хочет эмират, а это другой формат. Главный вопрос: что такое эмират? И на него, к сожалению, «Талибан» пока ответа не дает», – подытожил эксперт.

 

Народ против

 

Второй основной докладчик, Грегори Глисон, профессор Европейского центра им. Маршалла по изучению проблем безопасности Евразии, объяснил, что США покинули Афганистан, поскольку население Америки больше не поддерживает войну в Афганистане.

 

«США – демократическая страна. Правительство не может сопротивляться мнению простых людей. Так что вопрос вывода войск уже предрешен. Ситуация такая, что США не может продолжать войну, но они не могут совсем выйти из Афганистана. Остаются частные военные компании и другие организации. Они будут продолжать работать над стабилизацией поствоенной ситуации. Все войны заканчиваются, но не заканчиваются конфликты. Конфликт талибов будет продолжаться, но будет направлен внутрь страны. Кинетический конфликт вряд ли выйдет за пределы страны. Но религиозно-идеологический конфликт будет экспортирован в Центральную Азию», – уверен профессор.

 

Он уверен, что 20 лет, в течение которых США пребывали на территории Афганистана, «не прошли зря».

 

«Штаты будут продолжать влиять на ситуацию, но уже не так явно. Их роль уже не будет решающей. Считаю, что с 95% вероятностью Талибан добьется успеха в какой-то форме в Афганистане. Их цель – политический успех, а не война. Но конфликт будет только внутри страны, а на страны Центральной Азии будет религиозное и идеологическое влияние», – подчеркнул он.

 

При этом Глисон не стал отвечать на вопрос о создании военной базы США в одной из стран Центральной Азии.

 

Прецеденты уже были

 

«Я думаю, что распространение радикальной идеологии со стороны Афганистана вполне возможно, поскольку прецеденты уже были в 2011 году.  Именно эта организация управляла из Афганистана. Казахстанским радикалам оттуда давали задания проводить теракты среди мирного населения. Но наши местные радикалы не пошли на поводу и пошли против своего внутреннего врага – правоохранительных органов. Тем не менее такой прецедент был, может быть, проверка наших радикалов, могут какие-то теракты совершаться под управлением боевиков из Афганистана», – считает Гульнара Мухатаева, специалист по радикальным исламистам (Казахстан).

 

По ее словам, несмотря на поражение Исламского государства в Сирии, идея халифата сильна в головах.

 

«Женщины, вернувшиеся из зоны боевых действий, разочарованы в людях, которые строили халифат, но не в самой идее. Профилактические действия с целевыми группами против распространения радикальных идей необходимо усилить. Тюрьмам полагается иметь в штате теологов, но не везде они есть. Только 20% заключенных, придерживавшихся радикальной идеологии, удалось переубедить. Если умеренные неофундаменталисты увидят, что в Афганистане формируется исламское государство, они могут уехать туда и готовиться к терактам в Казахстане», – предположила эксперт.

 

Роль Турции


Казахстанский политолог Рустам Бурнашев, эксперт в области международных отношений, солидарен с мнением, что происходящее в Афганистане и Центральной Азии мало будет касаться Казахстана.

 

«Мы даже географически находимся далеко. Я с трудом представляю, чтобы талибы пробивались в Казахстан. Афганистан станет очередной страшилкой по принципу: «Слушайте нас, иначе будет как в Афганистане», как это было в 90-е годы», – заявил он.

 

Русиф Гусейнов, директор азербайджанского центра им. Топчибашева высказался о возможной роли Турции в афганской ситуации.

 

«Турция может бороться за роль гегемона в регионе. Например, военное присутствие в Карабахе уже стало историей успеха для Турции. Сирия тоже стала хорошей рекламой для новейшего высокотехнологичного оружия турецкого производства. Турция нуждается в новых регионах и рынках для дальнейшей демонстрации оружия. Таким же образом Турция может добиться военного успеха в Афганистане с помощью мягкой силы, создав стабильность в регионе и взяв контроль над ключевыми объектами инфраструктуры. Так появится формула: «Советы проиграли, американцы проиграли, а турки победили, создав стабильность». Однако Турция в тюркском регионе может раздражать Россию и Китай, а также Индию, которой может не понравиться возможный пакистано-турецкий альянс», – считает он.

Комментарии (0)

Ваш адрес электронной почты не будет опубликован. Обязательные поля помечены *



Похожие новости
Наш сайт использует файлы cookie. Узнайте больше об использовании файлов cookie: политика файлов cookie