429.68 488.16 5.92

Индустриальное похмелье: почему города Казахстана остались без заводов и фабрик

Тридцать лет ударного капиталистического труда смыли с карты современного Казахстана почти все индустриальное наследие Советского Союза. Остатки некогда мощной промышленности влачат жалкое существование, не выдерживая конкуренции с недропользователями и перекупщиками импортных товаров. На смену гулким заводским цехам пришли гомерически огромные торговые центры с бесконечными рядами бутиков. Но эти стены былых «флагманов индустрии» до сих пор еще помнят свое недавнее процветание.

 

Легкие деньги

 

Развал СССР и последовавшая вслед за ним лихая приватизация 90-х разрушили экономические связи между бывшими союзными республиками. Сотни трудовых коллективов в одночасье стали обузой для новых владельцев. С молотка пошло буквально все — оборудование, ведомственные дома отдыха, пионерские лагеря и залежавшаяся на складах продукция. Именно тогда зарождалась модель — ныне традиционная — «бизнеса по-казахски», суть которого заключается в получении трехсотпроцентного навара «здесь» и «сейчас». Естественно, в эту «концепцию» абсолютно не встраивались затраты на подъем или хотя бы поддержание «на плаву» работающих промышленных предприятий. Куда проще, надежней, а главное — прибыльней выглядел в глазах новоиспеченных «менеджеров» бизнес-план незабвенного Михаила Самуэлевича Паниковского: купить, продать, потом снова купить и снова продать, но уже дороже. Впрочем, подобная картина характерна не только для Казахстана — почти на всем постсоветском пространстве «собратья по олигархату» до сих пор вкушают плоды демократического переворота с рыночным лицом. Отсюда и пошли разговоры о якобы нерентабельности «заводов, газет и пароходов», доставшихся нам по наследству от некогда общего Союза...

 

Чуть позже пришло неизбежное отрезвление от безудержной торгово-банковской эйфории первых десятилетий суверенитета. Вдруг стало понятно, что без собственной промышленности будет тяжело. В авральном порядке были отштампованы «космические программы» по реанимации производственных площадей. Местами «тело усопшего» удалось гальванизировать, а объявленная государственными мужами всеобщая индустриализация «раздула» огонь жизни в отдельных промышленных очагах. Однако до былых мощностей — как до Луны. По обыкновению чиновничье стремление выдать начальству желаемое за действительное доводит до смешного: запуск завода по изготовлению пластиковых пакетов (читай — китайский конвейер в пустующем ангаре) подают, как запуск Магнитки, не меньше.

 

Город индустриального прошлого

 

Показательным примером рыночной переориентации и повального аннигилирования индустриальных гигантов стал, как ни странно, крупнейший мегаполис страны. Вплоть до конца 80-х годов в Алматы вполне успешно функционировали 164 комбината — выпускали чуть ли не всю линейку непродовольственных и продовольственных товаров. Хватало не только жителям города, но и соседним областям, и даже республикам. Часть производственного потенциала «ковала» оборонный щит Союза: советский ВПК получал от алматинского пролетариата торпеды, пушечные прицелы и вычислительные системы для танков.

 

Историк-энтузиаст Михаил Ивановский, по крупицам собирающий факты о разных периодах Алматы, уверен: большинство предприятий можно было спасти. Тем более, если речь идет об отраслях, производящих то, что на птичьем языке нынешних правительственных мужей называется СЗПТ — социально значимые продукты и товары.

 

— Многие алматинские фабрики были запущены во время Великой Отечественной войны, когда сюда эвакуировали оборудование из прифронтовых районов. Они обшивали и обували красноармейцев. К примеру, меховой комбинат имени 50-летия СССР специализировался на выпуске обуви, снаряжения, ремней и солдатских портупей. Здесь, к примеру, работали кожевники с Кременчугской шорной фабрики. Где-то с 1989 года комбинат стал «хиреть» — в перестроечном угаре от его продукции отказались основные заказчики. Через пару лет в цехах гулял ветер, а территория комбината превратилась в склады и пристанище сомнительных фирм, — рассказывает Ивановский, предлагая всем желающим проехать в район Малой станицы, чтобы собственными глазами лицезреть «остов» комбината.

 

Старожил города вспомнил всю «легкопромышленную цепочку» алматинского производства. Канули в небытие хлопкопрядильная фабрика, Алма-Атинская швейно-галантерейная фабрика, трикотажная фабрика имени Дзержинского, Алма-Атинская обувная фабрика «Джетысу». А какие были детские игрушки — танки и куклы с логотипом производственного объединения по переработке пластмасс «Кызыл-ту»! Оранжевая коллекционная модель легендарного автомобиля АМО стала предметом обожания детей всего Советского Союза.

 

Судьба перечисленных предприятий практически идентична — рыночная эпоха не оставила ни малейшего шанса на выживание. Как правило, комбинаты приватизировались, переходя в собственность спешно созданных АО, через некоторое время — банкротство и распродажа имущества. Сегодня эти территории «населены» складами, офисами и бутиками. Некоторым повезло чуть больше, фабрики удостоились звания «торгово-развлекательный комплекс»...

 

— История развивается по спирали. От Верненской эпохи города практически не дошло аутентичной архитектуры. Сохранилось здание торгового дома купца Габдулвалиева. Похоже, что и мы будем напоминать о себе потомкам каркасами ТРЦ, — говорит Михаил Ивановский.

 

На обломках былой славы

 

Тем не менее в Алматы были промышленные предприятия, у которых почти получилось выкарабкаться из бездны лихолетья. Это Алма-Атинская ковровая фабрика, созданная в 1936 году, и Алма-Атинский хлопчатобумажный комбинат, ставший в свое время лидером текстильной отрасли СССР.

 

Начинавшая как кооперативно-промысловая артель «Ковровщица» коврово-ткацкая фабрика имени Валентины Терешковой была выведена из государственной собственности в 1992 году. Новые хозяева — АО «Алматы килем» — вовсе не собирались сворачивать основную деятельность. И поставка современного немецкого оборудования — тому подтверждение. Однако — не сложилось. Дешевые турецкие ковры свели на нет все усилия. С 2007-го бывшие производственные площади отданы под кафе и магазины.

С приходом «новых времен» АХБК «умер» не сразу — уж больно велика была инерция. И неудивительно, что только 30% продукции гиганта оставалось в Казахской ССР, остальное шло в союзные закрома и за рубеж. Алматинские ткани добирались и до Италии, и до Канады. В лучшие годы комбинат выдавал 74 миллиона погонных метров текстиля, здесь трудилось около 10 000 работников. Предприятие имело свои учебные заведения, огромный Дом культуры, десятки общежитий, санатории и поликлиники. Была даже собственная газета — многотиражка «Текстильщик».

 

В середине 90-х госпредприятие трансформировалось в акционерное общество «АХБК-ОЗАТ». Но к тому времени рынок уже заполонил дешевый китайский ширпотреб, конкурировать с которым отечественная продукция не смогла. Плюс к этому комбинат погряз в кредитных скандалах, задолжав банкам несколько миллионов долларов. В 2003 году на месте прядильно-ткацкой фабрики № 2 (часть АХБК. — Прим. ред.) появился торговый центр «Армада».

 

Одновременно с «ампутацией» некоторых цехов АХБК получил инвестора, готового восстановить былую славу промышленного гиганта. С 2003 по 2007 год в модернизацию производства и улучшение менеджмента было вложено около 12 миллионов долларов. Увы, уже в 2008 году компания RESMI Groupe полностью отказалась от амбициозных планов. Алматинский хлопчатобумажный пал окончательно. В 2016 году на месте цеховых «обломков» был открыт торговый центр Grand Park...

 

Продолжение следует...

Комментарии (0)

Ваш адрес электронной почты не будет опубликован. Обязательные поля помечены *



Похожие новости

Новости партнеров

Подпишитесь на нас, чтобы получать интересные новости!

Наш сайт использует файлы cookie. Узнайте больше об использовании файлов cookie: политика файлов cookie