Линия фронта – в вашем смартфоне: чем гибридная война отличается от обычной

Нынешнее противостояние Востока и Запада, самое радикальное проявление которого заключается в эскалации конфликта России со странами НАТО, не имеет прецедентов в истории. Беспрецедентность обусловлена стремительным развитием технологий. Военные технологии делают невозможным разрешение противоречий главных игроков классическим силовым путем, а технологии массовых коммуникаций превращают в участника конфликта всех без исключения. В результате возникает феномен гибридной войны: противостояние обретает всеохватывающий характер.

Россия и Запад сегодня вернулись к практике прокси-войн: локальных, ограниченных по мощи применяемых вооружений и непрямых военных конфликтов друг с другом на территории третьих стран. Прокси-войнами были Корейская война, война во Вьетнаме, а боевые действия на Украине, где страны НАТО воюют с Россией не напрямую, а через поддержку киевского режима, возрождают эту давнюю практику холодной войны.

Специальная военная операция на Украине, если не рассматривать ее в глобальном контексте, для России процесс едва ли не периферийный. Во всяком случае, влияние пандемии коронавируса на жизнь страны было выше. В случае же спецоперации российская власть аккуратно подчеркивает, что ничего эпохального, революционного, все меняющего не происходит. В России нет всеобщей мобилизации, у госслужащих пятидневный рабочий день, война Украине не объявлена, и даже газ в Европу все так же идет по ГТС Украины.

Эпохальность момента проявляется, только если подняться на уровень выше и исходить из того, что Россия воюет не с Украиной, а со всем западным миром. В таком случае война в собственном значении слова – боевые действия на Украине – отходит на второй план, а главными становятся меры невоенного характера, которые Запад применяет против России. В США и ЕС понимают, что прямое военное столкновение с ядерной сверхдержавой – это самоубийство, поэтому делают ставку на экономическое и информационно-психологическое давление.

Эти две вещи друг с другом идут неразрывно: ведь экономические санкции тоже подразумевают достижение психологического эффекта. Предполагается, что снижение уровня жизни будет все более гнетуще действовать на россиян и подрывать тем самым поддержку внешней политики у населения. Отдельные экономические меры и вовсе нацелены на массовую психологию, а не на экономику: уход из России раскрученных западных брендов, отказ поставлять российской аудитории голливудские фильмы, компьютерные игры, стриминговые платформы, книги про «Гарри Поттера» и сумки «Шанель» – это не экономические санкции, а психологическое давление, адресатом которого становится буквально каждый.

Всеобщность вовлечения в конфликт – то самое обстоятельство, которое делает его беспрецедентным. Во время Карибского кризиса только высшее партийное и военное руководство СССР знало о балансировании мира на грани ядерной катастрофы. В США население было более информировано, но и там оно никак не влияло на ход переговоров Вашингтона с Москвой.

Даже в больших войнах ХХ века население было вовлечено в конфликт меньше, чем сейчас, потому что был фронт, а был тыл. В годы Великой Отечественной войны большая часть территории Советского Союза была тылом. Конечно, жители советского тыла тоже были вовлечены в борьбу СССР за выживание, но все же их участие в войне было опосредованным.

Сегодня в результате глобализации экономики, появления универсального онлайн-пространства, цифровой революции и революции в массовых коммуникациях тыла как такового не существует. В условиях, когда виртуальная реальность равноценна физической, а иногда и важнее ее, линия фронта проходит в каждом ноутбуке и в каждом смартфоне.

Важно, что отстраниться от гибридной войны в виртуальной реальности невозможно. Аполитичность не спасает, потому что гибридная война не дает обывателю оставаться аполитичным. Обывателя забрасывают рекламой в You Tube, к нему обращаются в социальных сетях, звонят по телефону, чтобы сообщить «правду о войне». Противоборствующая сторона применяет эту тактику и к российскому населению, и к своему собственному – неприсоединение к конфликту в информационной среде невозможно, потому что в противном случае невозможно оправдать своему населению резкое ухудшение его уровня жизни. Продуктовые магазины и автозаправки в этом отношении – тоже линия фронта гибридной войны.

Новая реальность наступила надолго. Возможно, настолько надолго, что со временем она станет новой нормальностью, и открытые границы, полная свобода действий в Интернете, и экономика, отделенная от политики, будут восприниматься так же, как истории из жизни Древнего мира. Но даже если наступившая реальность – временная, в ней все равно нужно учиться жить. Не поддаваться паническим атакам от поступающих новостей, самостоятельно фильтровать информацию и делать фактчекинг, уметь адаптироваться к постоянно меняющимся обстоятельствам.

В конце концов, в прошлом люди умели жить и в условиях артиллерийских обстрелов. Научиться жить в условиях информационных обстрелов намного проще.     

Комментарии (0)

Ваш адрес электронной почты не будет опубликован. Обязательные поля помечены *



Похожие новости

Новости партнеров

Подпишитесь на нас, чтобы получать интересные новости!

Наш сайт использует файлы cookie. Узнайте больше об использовании файлов cookie: политика файлов cookie