423.87 505.25 5.59

Питейная Алма-Ата: отпечаток СССР и стеб от Мукагали Макатаева. Часть I

Во все времена город был сосредоточием культуры и источником общественно-политических интенций.

 

Читатель этого скромного лонгрида, скорее всего, клюнет на его название. Но прежде, чем приступить к заявленной теме, есть необходимость в расширенной преамбуле.

 

Антропология города

 

Любой город имеет свою историю. Сегодня мы говорим о ней не о как таковой, а ее социальной и культурной составляющей, одним словом, о некой антропологии города. В современной России — наследнице Российской Империи и СССР, в ее культурологии, этнологии и социологии, урбанистическое направление до сих пор остается неинституционализированным. Хотя она стала приобщаться к западной культуре и строительству крупных городов еще при Петре Первом! А что тогда можно сказать на этом фоне о нас? Да почти ничего…

 

Мы в этом отношении очень отстаем, многое не исследовано и не сохранено. А ведь это тоже огромная и ценная составляющая часть человеческой истории как науки, причем Истории с большой буквы, сопряженной с человеком, с поколениями. Во все времена город являлся сосредоточием культуры и источником общественно-политических и социально-экономических интенций.

 

В контексте нашего разговора об урбанизации, нас интересует не средневековье и даже не колониальный период, а та эпоха, чья тень еще зрима, а людей, проживших в ней половину своей жизни, еще много. Есть такой феномен, когда мы начинаем «ностальгировать» по некоему знаковому отрезку времени, и даже просто ушедшему в историю десятилетию. Но вернемся к главной теме.   

 

В России есть масса литературы, документально-мемуарного характера, которую не отнесешь к классическим историческим трудам, даже к научно-популярному жанру, но которая имеет непосредственное отношение к эпохам, к отдельным отрезкам прожитого, к конкретным городским районам.  Это — воспоминания, аллюзии, рассказы. У меня в библиотеке есть такая книга, называется «Москва: место встречи». Она собрана из воспоминаний более тридцати авторов о городе, о тех местах, где они жили, учились, пили и ели. Учитывая разный возраст авторов (Андрей Макаревич, Ролан Быков, Александр Минкин и т.д.) читатель буквально окунается в жизнь отдельно взятого жителя мегаполиса от сталинских тридцатых годов до наших дней. В итоге складывается своеобразная и довольно широкая панорама такого гиганта как Москва — его быта, особенностей, которые были в военные годы или в канун развала СССР.    

 

Кто-то скажет запальчиво: а почему это с Россией сравнения? Да потому что с ней и с теми, кто был в СССР, сохраняется огромная схожесть (оставим истории царский период). Чего стоит только советская архитектура в разрезе наших рассуждений, и прежде всего социальная. Пищевая промышленность, точнее ее продукция, включавшая в себя алкогольные и слабоалкогольные напитки – это тоже некогда единое пространство. И оно тоже отложила свой определенный отпечаток, что чувствуется по сию пору, даже спустя 30 лет после развала СССР.

 

Времена меняются

 

Человек во многом состоит из воспоминаний. И существует такой феномен, что каждый идеализирует свое детство, юность, далекое и не очень прошлое. Мол, да что ваша современность — вот в наше время было ого-го! Короче, богатыри — не вы. Если говорить о гастрономических особенностях урбанистического развития нашего города, то на текущий момент пожившим при «совке» гражданам особо-то предъявить нечего против сегодняшнего продуктового многообразия. Это можно сказать и о ассортименте спиртных напитков в 70-80-х годах прошлого столетия.

 

Но, с другой стороны, такое сравнение сегодня не очень корректно. В «крутых» ресторанах и кафе винная или пивная карта могут быть сногсшибательными как по качеству, так и по цене. Конечно, если сравнить с сезонными летними площадками, расположенных на окраине города, не говоря уже о советских забегаловках и ресторанах 30-45 лет тому назад. Сегодняшняя социальная расслоенность общества, разница в доходах наиболее заметна именно при сканировании публики в питейных заведениях центра города. Простому гражданину, экономящему деньги каждый день, а тем более люмпен-пролетарию, подметающему улицу перед заведением — путь заказан.

 

Да он сам туда, где пьет и закусывает богема и золотая молодежь, люди при свободных деньгах, попросту не зайдет, и вы его там не увидите! Это «демократичное» место не для всех. Для них есть заведения рангом «пожиже» и подешевле. Но именно их посещают большинство алматинцев. Хорошее пиво, отменный шашлык есть сегодня везде и всюду.

 

…А в чем же была прелесть старой Алма-Аты? Откуда эта ностальгия, проскальзывающая у нынешних солидных (не только по накоплениям, но и по возрасту) бизнесменов, состоявшихся «агашек», представителей среднего класса и тех, кто за эти годы ничего карьерного и материального не приобрел? Помимо того, что у всех «золотое» время молодости и юности – это неосознанная память о чувстве равенства возможностей и характерной массовому советскому быту, универсальности. Да просто жизнь и быт были на порядок проще!

 

Центр демократии

 

В алматинской пивнушке среди похмеляющихся можно было запросто встретить кого угодно. Члена Союза писателей (быть членом любого творческого Союза в ту эпоху было очень престижно – прим. SPIK)  и студента, вместо лекции дующего разливное-жигулевское, пенсионера-фронтовика, работягу из секретного торпедного цеха Кировского машиностроительного, мелкого клерка из здания Госплана КазССР и последнего забулдыгу, давно уже нигде не работающего.

 

Разумеется, в такие места заходили не только жаждущие сбить похмельное состояние, но и вполне трезвые товарищи, чтобы пообщаться и «забить ерша» (когда в пивную кружку заливали грамм 50-100 водки) на свежую голову. 

 

До сих пор ходят легенды о знаменитом Мукагали Макатаеве, советском поэте, писавшем на родном языке. Он мог на спор, как древний акын, сочинить поэтические строки и прочесть их, за что, ясное дело, получал совершенно бесплатно необходимую порцию спиртного от восхищенных почитателей. Причем эти моментально сочиненные вирши несли в себе уже не аульный, а вполне себе городской, урбанистический дух. Были они частенько фривольно скабрезного характера, ибо повествовали о трусиках, вывешенных перед окнами Женского Педагогического института, и гадании о тех приключениях, которые выпали на их долю.

 

Демократичность советских пивнушек, мне кажется, не поощряла пьянство, хотя это явление имело место быть и процветало, как и сегодня. Просто хотелось выпить вне дома, со своей компанией. Знаменитое «сообразим на троих» — это чисто совковое. И в этом действии, точнее, даже схеме, участвовали все. От высокого начальства, известных в публичном поле, как бы сегодня сказали, медийных личностей до простых советских работяг.

 

На природе

 

В те далекие времена люди сначала встречались, и потом лишь предлагались варианты, куда пойти. Такой возможности, как сегодня, кинуть месседж по WhatsApp, конечно же, не было. Все как пионеры готовы были к выпивке, но четкого плана могло не быть. Зачастую они воплощались в реальность с большой долей стихийности. Но если отпадал вариант с рестораном, кафе, рюмочной и пивной, а на дворе стояло лето, а еще лучше теплая алматинская осень – лучшим была природа.

 

Если кто-то думает, что речь идет о каких-то парках – он ошибается. Парков хватало, и там можно было заняться, чем угодно на свой страх и риск. Алма-Ата тогда была гораздо зеленее и «кушарней» (от слова кушары – зеленые насаждения, густые заросли), чем нынешний в разы. Но парки города, это не роща Баума – они все сосредоточены в центре, поэтому с большой долей вероятности можно было нарваться на милицейский патруль или даже дружинников.

 

Если не брать во внимание Каргалинку и Аксу — окраинные речки, город с незапамятных времен, и, слава Аллаху, до сих пор пересекают текущие с вершин Заилийского Алатау три бойких горных реки. На востоке Малая Алматинка, посередке города Весновка и на западе Большая Алматинка, впадающая еще в одну городскую легенду — озеро Сайран. На их берегах выпито было немереное количество пива и напитков покрепче. Но чемпионом в этом отношении, наверное, все-таки является Малая Алматинка, так как с ее берегов начинался Центральный парк культуры и отдыха имени М. Горького, и в целом, именно эта речка наиболее близка географически к историческому центру Алматы, к ее элитным районам.

 

Это сейчас вдоль нее по выложенному в начале семидесятых годов терренкуру гоняют велосипедисты, бегают ЗОЖники, прогуливаются праздношатающиеся, а сама речка закована в какую-то траншею, берега обтянуты сеткой рабица с кусками серого цемента. А тогда это была именно «природно-первозданная» речка, с пологими берегами, где летом, расстелив домашние покрывала, загорали большими кампаниями по выходным.

 

Эта привычка исчезла. Но еще в 80-х можно было встретить большие и маленькие компании. Расположившись на валунах, по берегам журчащей речки, обсуждали самые разные темы, на газетке была разложена нехитрая (а у кого-то и вполне себе хитрая) снедь, она же «закусон», и наполненные граненые стаканы, изобретение легендарного советского скульптора Мухиной… с веселым звоном стукались друг о друга. И такие граненые стаканы – на 200 грамм и на 50 (т.н. «аршинчики») потом могли быть нанизаны на ветки деревьев, ожидая следующей теплой компании…

Комментарии (0)

Ваш адрес электронной почты не будет опубликован. Обязательные поля помечены *



Похожие новости
Наш сайт использует файлы cookie. Узнайте больше об использовании файлов cookie: политика файлов cookie