429.68 488.16 5.92

Станут ли общественные советы фундаментом «слышащего государства»?

Общественные советы – достаточно молодой для Казахстана институт. Появившись на внутриполитическом поле страны всего пять лет назад, общественные советы, по задумке первого президента, должны были стать эффективным инструментом повышения прозрачности принятия государственных решений. Однако они, в каких бы количествах ни плодились и ни размножались в предбанниках всевозможных госорганов, так и не смогли сыграть отведенную им роль.

 

Сегодня перед общественными советами ставится новая задача – стать важным инструментом реализуемой президентом Токаевым концепции «слышащего государства». Но смогут ли воплотить ее в жизнь эти искусственно созданные объекты, больше всего напоминающие мультяшного персонажа Большой Ух, который слышит музыку звезд и не замечает реальности?

 

Новая жизнь?

 

Сразу после новогодних праздников Касым-Жомарт Токаев подписал закон «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты Республики Казахстан по вопросам деятельности общественных советов». Как ранее утверждали сенаторы, принятые поправки позволят общественным советам «аккумулировать народное мнение в части определения путей социального, политического и экономического развития». По версии же министра информации и общественного развития Аиды Балаевой, законодательные новшества откроют перед общественными советами все ранее закрытые двери.

 

«Закон существенно расширяет права и обязанности членов общественного совета, предусматривает привлечение их к работе квазигосударственного сектора, а также закупочных комиссий. Отныне принципы открытости и подотчетности будут неукоснительно соблюдаться не только в государственных органах, но и в квазигосударственном секторе. Более того, закон дает всестороннюю возможность совершенствовать механизмы создания общественных советов.

 

Общественные советы наделены правом самостоятельного принятия решений о рассмотрении проектов НПА и обращений в соответствии с их приоритетностью и общественной значимостью. И еще одно немаловажное новшество – своевременное решение нашел вопрос материального обеспечения деятельности общественных советов. Уполномоченным органом в сфере общественных советов определено Министерство информации и общественного развития, которое будет осуществлять координацию и методическое обеспечение их деятельности», – так охарактеризовала смысл поправок министр на своей странице в Facebook.

 

Конечно, с одной стороны, трудно поспорить с наличием потенциальных плюсов, заложенных в поправках. Если руки общественников действительно смогут дотянуться до карманов разных «дочек» и «правнучек» национальных кампаний, а уж тем более – разворошить улей госзакупок, то, может, тех же изъятий из Нацфонда станет в разы меньше или дефицит бюджета вовсе сведется к минимуму.

 

Соответствующую информацию к размышлению намедни подкинул политолог, автор энциклопедии «Кто есть кто в Казахстане» Данияр Ашимбаев. На своей странице в Facebook он поделился некоторыми тратами нацкомпаний на текущий год. Так, на содействие ускоренному переходу Казахстана к «зеленой» экономике путем продвижения технологий и лучших практик, развития бизнеса и инвестиций для НАО «Международный центр зеленых технологий и инвестиционных проектов» в бюджете предусмотрено 649,8 млн тенге. Услуги по продвижению Казахстана как одного из международных центров по обеспечению межконфессионального и межцивилизационного диалога, чем будет заниматься НАО «Центр Н. Назарбаева по развитию межконфессионального и межцивилизационного диалога», обойдутся еще в 1,1 млрд тенге. На проведение мониторинга средств массовой информации для РГП на ПХВ «Центр анализа и информации» заложен 1 млрд тенге. Столько же предусмотрено на оказание государственных услуг по организации развития инвестиционных проектов республиканского значения, осуществляемых в форме выполнения государственного задания для АО «Национальная компания «ҚазАвтоЖол». И этим представленный политологом список не ограничивается.

 

Целый ряд существующих факторов не позволяет даже мечтать о том, что общественные советы получат возможность обуздать такие цифры. В первую очередь смущает то, что «своевременное решение материального обеспечения» деятельности общественных советов (например, на уровне регионов) отныне упирается в кошельки маслихатов, а общее кураторство процессом их работы будет осуществляться отдельно взятым министерством.

 

В наших реалиях это означает только одно: общественные советы посадят на еще более короткий поводок, а следовательно, независимости и самостоятельности в принятии решений общественникам не видать, как своих ушей. Собственно, как и прежде.

 

Давайте представим, как общественные советы начинают орудовать в бюджетах и закупках своего куратора, который правой рукой выделяет на проведение государственной информационной политики АО «Агентство «Хабар» 16,6 млрд тенге, а левой на те же цели закладывает для АО «РТРК «Казахстан» 23 млрд тенге, что, кстати, не раз подвергалось общественной критике. Представили? Правильно, не получается. Как минимум, этому не способствует текущая конъюнктура, в которой нормой становятся попытки привлечь к ответственности тех, кто разглашает одиозные особенности тех или иных госзакупок. Сегодня мы можем видеть это на примере журналистов из Павлодара.

 

Словом, как ни крути, а складывается ощущение, что самоцелью последних законодательных изменений являются не попытки на основе общественных советов реализовать концепцию «слышащего государства», а наоборот, взять их под окончательный государственный контроль. Этот вывод напрашивается еще и потому, что даже в рамках ранее существовавших правил игры общественные советы не исчерпали заложенных под них ресурсов.

 

Где логика?

 

Стоит напомнить, что принятым в конце 2015 года специальным законом общественные советы и так были наделены широким спектром полномочий, направленных на осуществление общественного контроля за всем, что делает власть. В их числе значились не только обсуждения проектов и отчетов исполнения бюджетных, государственных и отраслевых программ, программ развития территорий, стратегических планов министерств и местных исполнительных органов, но и вопросы формирования бюджета конкретного государственного органа.

 

Также давно и прочно в законодательстве закреплено, что общественные советы принимают участие в разработке и обсуждении проектов нормативных правовых актов, касающихся прав, свобод и обязанностей граждан, и при внесении в них замечаний государственным органам необходимо должным образом на них отреагировать – либо внести в готовящийся документ, либо же дать мотивированный отказ, доказав членам советов недееспособность вносимых ими ремарок. И это только одна сторона деятельности общественных советов.

 

Помимо «бумажной работы», существует еще одна важная цель общественных советов – донести до власть имущих мнение большинства, выступая в роли ретранслятора общественного мнения, фактически заставить первых более эффективно работать в интересах вторых. Соответствующие механизмы имеются. Например, общественный мониторинг. При массовом поступлении жалоб населения на работу тех или иных структур, будь то поликлиника или общественный транспорт, члены совета выходят, что называется, «в народ» и лично проверяют движение тех же автобусов или качество приема пациентов в лечебном учреждении. По результатам этой работы они вносят в органы власти конкретные предложения и рекомендации по изменению ситуации, которые последние обязаны рассмотреть и принять по ним решение.

Если подвести черту под возможностями общественных советов, изначально заложенными в законе пятилетней давности, то напрашивается очевидный вывод: они довольно широки, вплоть до законодательно закрепленного права «вызывать на ковер» руководителей госорганов в случае возникновения общественно значимой, резонансной ситуации в той или иной области или конкретно взятом регионе.

 

Но исчерпали ли общественные советы этот имеющийся у них в наличии инструментарий? Скорее нет, чем да.

 

Конечно, нельзя отрицать того, что существуют положительные примеры их работы. Взять хотя бы работу общественного совета при акимате Алматы. Да и другие регионы периодически «выстреливают». Например, пару лет назад в Бурабайском районе общественный совет вышел с предложением возобновить работу институтов торговых инспекций для отслеживания качества выпускаемой продукции и народных контролеров, которые могли бы в отличие от предлагаемых акиматов малоэффективных механизмов реально влиять на недопущение резких скачков цен. Региональные власти, кстати, тогда поддержали эту инициативу. Или вот еще пример – в Костанайской области общественный совет трижды выносил на общественные слушанья вопрос утверждения норм потребления товарного газа для потребителей, не имеющих приборов учета по области. Итогом такой настойчивости стало то, что действия поставщика услуг были официально квалифицированы как злоупотребление доминирующим положением.

Но, увы, в большинстве случаев казахстанцы понятия не имеют, что такое общественные советы, для чего они нужны и как могут и должны влиять на принимаемые властью решения. Кто в этом виноват? Ответ на этот вопрос опять же неоднозначен. Нередко – сами общественники. Точнее, продиктованная несогласованностью позиций внутри совета общая нерешительность, не позволяющая использовать на полную катушку имеющиеся в их арсенале инструменты.

 

И тут нечему удивляться. Причины кроются в неразвитости гражданского общества и имеющихся перекосах при его строительстве. Кстати, именно поэтому, когда идея создания таких советов была озвучена Елбасы, многие аналитики делились скептическими прогнозами о том, что при имеющемся раскладе советам будет уготована участь суррогата. Как в воду, однако, смотрели.

 

Нередко работу общественных советов парализует негативное влияние, оказываемое руководством того или иного государственного органа, при котором этот совет создан. С этой точки зрения уместно вспомнить ситуацию, которая сложилась несколько лет назад в общественном совете при ЕНПФ, когда из-за принципиальных разногласий с руководством фонда из состава общественного совета вышли его ключевые фигуры. Камнем преткновения тогда стали 50 миллиардов тенге, выделяемых из ЕНПФ на развитие и поддержку железнодорожного машиностроения, что, по мнению членов общественного совета, шло вразрез с интересами вкладчиков фонда. Весьма показательно то, чем закончился этот громкий демарш. «Стрелки» в итоге были переведены на несговорчивых общественников, а в совет вошли новые люди, принципы которых оказались не столь принципиальными…

 

В сложившейся ситуации недавно принятые законодательные поправки о деятельности общественных советов не только не могут исключить имеющийся дисбаланс и стереть ластиком негативные нюансы в их деятельности, но и приведут к еще большему их укоренению и окончательной профанации самой идеи эффективного встраивания общественных наблюдателей в жестко отрегулированный механизм государственного управления.

Комментарии (0)

Ваш адрес электронной почты не будет опубликован. Обязательные поля помечены *



Похожие новости

Новости партнеров

Подпишитесь на нас, чтобы получать интересные новости!

Наш сайт использует файлы cookie. Узнайте больше об использовании файлов cookie: политика файлов cookie