23.07.2024, автор Spik.kz.
Президентский транзит в Казахстане: дальнейший сценарий не написан… Часть 2-я
![Президентский транзит в Казахстане: дальнейший сценарий не написан… Часть 2-я](/uploads/posts/2024-07/4510491_0_0_2000_1358_1440x900_80_0_1_d005a7cc7d2e6ddc1eabdfd0fed2be4b_jpg.jpg)
23.07.2024, автор Spik.kz.
RU
KZ
EN
Петр Своик, экономист, публицист
Реформаторский инструментарий туповат…
А потому, коль скоро глава государства провозгласил глубокие реформы, и они действительно необходимы не только Казахстану и нам, народу, но и президенту лично (иначе ему не завершить свой персональный транзит), то, помимо, озвучиваемых целеполаганий, необходим еще и рабочий, встроенный в аппарат власти инструмент для их реализации.
Наличие в системе неразделенной власти отдельно правительства и отдельно АП дает возможность разделить необходимое реформирование и необходимость поддержания текущей стабильности. И в этом плане президент Токаев еще в «до-кантарский» первый срок сделал все необходимое. Речь идет о создании при администрации Агентства по стратегическому планированию и реформам (АСПиР) и вынесении на президентский уровень Агентства по защите и развитию конкуренции (АЗРК).
Организационно – совершенно правильные решения, но вот содержательно… АСПиР – это и есть та структура, которая провалила всю закрепленную за агентством концептуально-программную компетенцию: нет ни актуализированного Национального плана, ни видения «Казахстан-2050», ни работоспособных национальны проектов.
Между тем, всю глубину именно концептуальной несостоятельности демонстрирует даже не АСПиР, а … АЗРК. При том, что «Концепция защиты и развития конкуренции на 2022-2026 годы», утвержденная президентом, как раз имеется, и речи о ее постановке на утрату или об актуализацию даже не идет.
Чрезвычайно красноречивый документ: в первой его трети констатированы отсутствие полноценной конкуренции и монополизация практически всех рассмотренных секторов; вторая треть посвящена международному опыту и общим рассуждениям о методах поддержания конкуренции; заключительная треть содержит перечень действий и намерений, способных кое-что по отдельности улучшить, ни никак не изменить констатированного в первой трети отсутствия классического конкурентного рынка в подавляющей части казахстанской экономики.
Вот вам конкретная иллюстрация – перевод электроэнергетики на систему Единого закупщика. Перевод, запланированный еще Планом нации «Сто шагов» от 2015 года, долго и упорно саботируемый, осуществленный, наконец, в прошлом году, но … теми же саботирующими методами. Не Единый закупщик изменил непрозрачную, олигополистическую и коррумпированную структуру старого рынка электроэнергии, а она его, приспособив под интерес самосохранения. Ныне правительство пытается справиться с тарифными проблемами путем неправового изгнания с рынка ЭСО-посредников - далеко не лучшее решение. А где здесь роль АЗРК? Эта, казалось бы, ключевая структура, имеющая за спиной главу государства, вообще-то против, но … робко. К тому же не имеет собственной концепции адекватного устройства энергорынка в системе Единого закупщика. А раз нет концептуального видения, то нет ни собственного лица, ни решающей роли.
А ведь это президентское агентство…
За что боролись, на то и напоролись
Ситуация на самом деле обстоит очень просто: именно вмененная властям постсоветского Казахстана «вывозная» экономическая модель и именно осуществляемая по внешним методикам деятельность Национального банка и правительства привела к де-индустриализации экономики, блокированию неоднократных усилий по организации импортозамещающих и сырье-перерабатывающих производств.
Сработала как раз установка на государство – плохого собственника – с бесконечными попытками еще что-то приватизировать и дерегулировать.
И это совершенно объективно: если бы набранные в АСПиР и АЗРК действительно хорошие специалисты – убежденные «рыночники» – поискали бы по хорошо усвоенным ими учебникам либеральной науки «экономикс» полноценные рыночные ниши на территории собственной страны, то обнаружили бы … их крайнюю ограниченность. И категорическую необходимость ответственного и полноценного участия государства в экономике Казахстана. Элементарно для поддержания социально-экономической устойчивости.
А если уж поставлена задача реформирования экономической модели, то без государственной направляющей и организующей воли не обойтись вовсе!
Сначала политика, потом экономика
Членство Казахстана в ШОС и заметная роль в нем гарантируют нам и участие в определении будущего большой Евразии – от океанов до океанов, причем как раз на стороне бенефициаров перехода из однополярного мира в многополярный. Шанхайская организация сотрудничества в нынешнем виде – это само по себе транзитное образование, совокупность сразу нескольких евразийских цивилизаций, объединившихся … нет, не против Запада, но принципиально не признающих его доминирования и добивающихся равноправного диалога. Однако внутри самого Казахстана доминирование именно западной экономической парадигмы не только на практике, но и в руководящих головах … почти безальтернативно. И это прямой риск попасть под внутренний концептуальный раскол и остаться на проигрывающей стороне.
Так что же необходимо для транзита из старого Казахстана в новый, коль скоро такой переход президент Токаев провозгласил, назад свои слова не берет и, мы не сомневаемся, искренне этого хотел бы.
Во-первых, так уж устроено президентское единовластие, что от самого главы государства требуются конкретизация его целеполаганий, устранение из них любых недоговоренностей или возможности двойных трактовок. К примеру, в предвыборной программе 2022 года сказано о загнанных в «ловушку бедности» гражданах, и такая констатация дорогого стоит: это и есть стартовый посыл в Новый Казахстан. Однако из той же фразы следует, что в ловушку граждан загнали недобросовестные монополисты, а это полностью меняет сам посыл. Ведь если под монополистами понимать естественные монополии (не будем же мы понимать под монополистами иностранных собственников наших месторождений), то нетрудно разглядеть за этим то самое «излишнее» участие государства и передачу инфраструктуры в «свободный» рынок. Тогда как на самом деле электроэнергетика, ЖКХ и другие естественные монополии «либеральной» политикой правительства сами загнаны в «ловушку бедности». В отличие от их частных хозяев или выступающих в той же роли назначаемых государством управляющих.
Или взять Послание народу от 2023 года: как понимать тезисы про создание прочного промышленного каркаса, обеспечение экономической самодостаточности и удвоение ВВП? Здесь самый недвусмысленный намек на участие в российском проекте достижения технологического суверенитета – по-другому это понимать совершенно невозможно. Однако только намек. Приходится понимать, что в сплошь либеральном экономическом блоке правительства и АП кто-то воображает, что подобные задачи могут решаться в отдельно взятом «суверенном» Казахстане или в рамках полностью работающей на «вывозной» интерес прозападной экспортно-сырьевой модели. Во всяком случае, попытки выхолостить президентские целеполагания, убрать из них конкретный смысл и сделать неопределенными – налицо. Когда не говорится прямо, приходится допускать любые интерпретации…
Пора бы начать…
Бывший Елбасы и вся старая команда оставили нам немало примеров двойных стандартов, лицемерия и подмены сути. Но также и примеры глубокого, добросовестного и искреннего, можно сказать – фундаментального … непонимания основ их же собственной экономики. Самый яркий пример – сначала Алма-Атинский, а потом Астанинские «международные финансовые центры». В громадные стеклянные футуристические конструкциях оба центра, да, воплощены. Бюджетных денег на их создание и содержание потрачена масса. В Плане нации «Сто шагов» МФЦ «Астана» посвящены сразу несколько.
Эта очевидная истина так и не постигнута в старом Казахстане, однако … шар МФЦ «Астана» по-прежнему сверкает в столице.
Понятно, что любое выступление президента, любой текст от его имени есть коллективный продукт «ближнего круга». Понятно и то, что сроки, форматы и направления предполагаемых реформ, как и просто текущая деятельность правительства, все что говорится и что делается в Казахстане, лишь в некоторой степени определяются внутренним контекстом, а в серьезной степени – внешним. Элементарно, приходится ждать развязки СВО – иного в нашем положении не дано.
Тем не менее, уже сейчас в Казахстане накопился громадный объем назревшего внутреннего реформирования, - начиная с той же электроэнергетики, или ЕНПФ, или сельского хозяйства, которое совершенно спокойно можно делать, не возбуждая особенно западных кураторов и не дожидаясь украинской развязки. Наоборот, это внутреннее реформирование совершенно необходимо для укрепления внутренней «упругости» нашей политической и экономической системы – только это способно закрепить и улучшить наши позиции в послевоенном мире.
Начать с АЗРК…
А что касается конкретного программирования и исполнения намеченного, то начинать стоило бы с АЗРК. Агентство при президенте вместо бессмысленных попыток «защитить и развить» конкуренцию там, где ее быть не может, стоило бы озадачить другой стороной проблемы: выписать все те отрасли, направления и ниши экономики, где необходимо регулирующее, управляющее или инвестиционное участие государства. И расписать конкретно функции, компетенции и ответственность государства за состояние экономики и благополучие граждан.
И тогда АСПиР тоже найдется дело: разрабатывать стратегию реформ, превращающих государство Казахстан в хорошего собственника и управляющего. Ключевая задача Агентства по стратегическому планированию и реформам – поставить на утрату химеру «Казахстан-2050» и разработать «Видение: Казахстан-2029». Политически смелый и профессионально честный ответ на вопрос: каким видится реальная Евразийская конфигурация к концу президентского срока и к какому месту Казахстана в ней следует стремиться?
В принципе, деятельности АЗРК и АСПиР под непосредственным руководством президента вполне бы хватило для разработки и реализации дорожной карты на пути к Справедливому государству. Оставшегося же для этого президентского срока до 2029 года хотя и мало, но при целенаправленных усилиях вполне может хватить. Во всяком случае, до этого президентский транзит завершенным считаться не может.
Реформаторский инструментарий туповат…
А потому, коль скоро глава государства провозгласил глубокие реформы, и они действительно необходимы не только Казахстану и нам, народу, но и президенту лично (иначе ему не завершить свой персональный транзит), то, помимо, озвучиваемых целеполаганий, необходим еще и рабочий, встроенный в аппарат власти инструмент для их реализации.
Наличие в системе неразделенной власти отдельно правительства и отдельно АП дает возможность разделить необходимое реформирование и необходимость поддержания текущей стабильности. И в этом плане президент Токаев еще в «до-кантарский» первый срок сделал все необходимое. Речь идет о создании при администрации Агентства по стратегическому планированию и реформам (АСПиР) и вынесении на президентский уровень Агентства по защите и развитию конкуренции (АЗРК).
Организационно – совершенно правильные решения, но вот содержательно… АСПиР – это и есть та структура, которая провалила всю закрепленную за агентством концептуально-программную компетенцию: нет ни актуализированного Национального плана, ни видения «Казахстан-2050», ни работоспособных национальны проектов.
Причина на поверхности: отсутствие кадров, адекватных стоящим перед страной и экономикой вызовам. Однако причина несоответствия руководства и специалистов АСПиР стоящим перед страной программным задачам имеет не кадровую, а более глубокую подоплеку – концептуальную. Кадры по-своему даже очень профессиональны, но исключительно в рамках теряющей перспективу либеральной парадигмы.
Между тем, всю глубину именно концептуальной несостоятельности демонстрирует даже не АСПиР, а … АЗРК. При том, что «Концепция защиты и развития конкуренции на 2022-2026 годы», утвержденная президентом, как раз имеется, и речи о ее постановке на утрату или об актуализацию даже не идет.
Чрезвычайно красноречивый документ: в первой его трети констатированы отсутствие полноценной конкуренции и монополизация практически всех рассмотренных секторов; вторая треть посвящена международному опыту и общим рассуждениям о методах поддержания конкуренции; заключительная треть содержит перечень действий и намерений, способных кое-что по отдельности улучшить, ни никак не изменить констатированного в первой трети отсутствия классического конкурентного рынка в подавляющей части казахстанской экономики.
И вот это: констатация реалий, но категорическое их непризнание, невольно выказываемое бессилие что-либо изменить, но упорно скрываемое за многократным повторением неисполнимых намерений, – есть отражение концептуального кризиса в кадровом и содержательном наполнении той части президентского аппарата, которая отвечает за реформы.
Вот вам конкретная иллюстрация – перевод электроэнергетики на систему Единого закупщика. Перевод, запланированный еще Планом нации «Сто шагов» от 2015 года, долго и упорно саботируемый, осуществленный, наконец, в прошлом году, но … теми же саботирующими методами. Не Единый закупщик изменил непрозрачную, олигополистическую и коррумпированную структуру старого рынка электроэнергии, а она его, приспособив под интерес самосохранения. Ныне правительство пытается справиться с тарифными проблемами путем неправового изгнания с рынка ЭСО-посредников - далеко не лучшее решение. А где здесь роль АЗРК? Эта, казалось бы, ключевая структура, имеющая за спиной главу государства, вообще-то против, но … робко. К тому же не имеет собственной концепции адекватного устройства энергорынка в системе Единого закупщика. А раз нет концептуального видения, то нет ни собственного лица, ни решающей роли.
А ведь это президентское агентство…
За что боролись, на то и напоролись
Ситуация на самом деле обстоит очень просто: именно вмененная властям постсоветского Казахстана «вывозная» экономическая модель и именно осуществляемая по внешним методикам деятельность Национального банка и правительства привела к де-индустриализации экономики, блокированию неоднократных усилий по организации импортозамещающих и сырье-перерабатывающих производств.
Сработала как раз установка на государство – плохого собственника – с бесконечными попытками еще что-то приватизировать и дерегулировать.
Тогда как реалии состоят в том, что сама же «либерализация экономики» привела к тому, что к настоящему времени на внутреннем рынке Казахстана, кроме салонов красоты, СТО и автомоек, услуг такси, кафе-ресторанов и придомовых магазинов, не осталось ничего, что способно существовать в условиях реальной конкуренции, вне государственного регулирования, субсидирования или администрирования.
И это совершенно объективно: если бы набранные в АСПиР и АЗРК действительно хорошие специалисты – убежденные «рыночники» – поискали бы по хорошо усвоенным ими учебникам либеральной науки «экономикс» полноценные рыночные ниши на территории собственной страны, то обнаружили бы … их крайнюю ограниченность. И категорическую необходимость ответственного и полноценного участия государства в экономике Казахстана. Элементарно для поддержания социально-экономической устойчивости.
А если уж поставлена задача реформирования экономической модели, то без государственной направляющей и организующей воли не обойтись вовсе!
Сначала политика, потом экономика
Членство Казахстана в ШОС и заметная роль в нем гарантируют нам и участие в определении будущего большой Евразии – от океанов до океанов, причем как раз на стороне бенефициаров перехода из однополярного мира в многополярный. Шанхайская организация сотрудничества в нынешнем виде – это само по себе транзитное образование, совокупность сразу нескольких евразийских цивилизаций, объединившихся … нет, не против Запада, но принципиально не признающих его доминирования и добивающихся равноправного диалога. Однако внутри самого Казахстана доминирование именно западной экономической парадигмы не только на практике, но и в руководящих головах … почти безальтернативно. И это прямой риск попасть под внутренний концептуальный раскол и остаться на проигрывающей стороне.
Так что же необходимо для транзита из старого Казахстана в новый, коль скоро такой переход президент Токаев провозгласил, назад свои слова не берет и, мы не сомневаемся, искренне этого хотел бы.
Во-первых, так уж устроено президентское единовластие, что от самого главы государства требуются конкретизация его целеполаганий, устранение из них любых недоговоренностей или возможности двойных трактовок. К примеру, в предвыборной программе 2022 года сказано о загнанных в «ловушку бедности» гражданах, и такая констатация дорогого стоит: это и есть стартовый посыл в Новый Казахстан. Однако из той же фразы следует, что в ловушку граждан загнали недобросовестные монополисты, а это полностью меняет сам посыл. Ведь если под монополистами понимать естественные монополии (не будем же мы понимать под монополистами иностранных собственников наших месторождений), то нетрудно разглядеть за этим то самое «излишнее» участие государства и передачу инфраструктуры в «свободный» рынок. Тогда как на самом деле электроэнергетика, ЖКХ и другие естественные монополии «либеральной» политикой правительства сами загнаны в «ловушку бедности». В отличие от их частных хозяев или выступающих в той же роли назначаемых государством управляющих.
Другой пример – наличие в одной и той же избирательной программе тезиса о построении экономики, основанной на балансе интересов и благополучия граждан, бизнеса и государства, эффективном использовании ресурсов страны и задачи довести активы Национального фонда до 100 млрд., привлечь еще 150 млрд. долларов иностранных инвестиций и сократить присутствие государства в экономике до 14%. Первое есть прямой посыл к радикальной экономической и социальной реформе, включая реальную собственность народа на землю и недра. Второе – недвусмысленная клятва на сохранение «вывозной» экономической модели в прежнем виде
.Или взять Послание народу от 2023 года: как понимать тезисы про создание прочного промышленного каркаса, обеспечение экономической самодостаточности и удвоение ВВП? Здесь самый недвусмысленный намек на участие в российском проекте достижения технологического суверенитета – по-другому это понимать совершенно невозможно. Однако только намек. Приходится понимать, что в сплошь либеральном экономическом блоке правительства и АП кто-то воображает, что подобные задачи могут решаться в отдельно взятом «суверенном» Казахстане или в рамках полностью работающей на «вывозной» интерес прозападной экспортно-сырьевой модели. Во всяком случае, попытки выхолостить президентские целеполагания, убрать из них конкретный смысл и сделать неопределенными – налицо. Когда не говорится прямо, приходится допускать любые интерпретации…
Пора бы начать…
Бывший Елбасы и вся старая команда оставили нам немало примеров двойных стандартов, лицемерия и подмены сути. Но также и примеры глубокого, добросовестного и искреннего, можно сказать – фундаментального … непонимания основ их же собственной экономики. Самый яркий пример – сначала Алма-Атинский, а потом Астанинские «международные финансовые центры». В громадные стеклянные футуристические конструкциях оба центра, да, воплощены. Бюджетных денег на их создание и содержание потрачена масса. В Плане нации «Сто шагов» МФЦ «Астана» посвящены сразу несколько.
Между тем, изначально понятно, что в экономической модели, в которой основные экспортно-импортные и инвестиционно-кредитные операции вынесены за пределы национальной юрисдикции, никакого захода внешнего капитала внутрь страны не требуется. А потому внутри Казахстана могут находится судьи в английских париках, может сверкать шар бывшего ЭКСПО-2017, но реального международного финансового хаба существовать не может.
Эта очевидная истина так и не постигнута в старом Казахстане, однако … шар МФЦ «Астана» по-прежнему сверкает в столице.
Понятно, что любое выступление президента, любой текст от его имени есть коллективный продукт «ближнего круга». Понятно и то, что сроки, форматы и направления предполагаемых реформ, как и просто текущая деятельность правительства, все что говорится и что делается в Казахстане, лишь в некоторой степени определяются внутренним контекстом, а в серьезной степени – внешним. Элементарно, приходится ждать развязки СВО – иного в нашем положении не дано.
Тем не менее, уже сейчас в Казахстане накопился громадный объем назревшего внутреннего реформирования, - начиная с той же электроэнергетики, или ЕНПФ, или сельского хозяйства, которое совершенно спокойно можно делать, не возбуждая особенно западных кураторов и не дожидаясь украинской развязки. Наоборот, это внутреннее реформирование совершенно необходимо для укрепления внутренней «упругости» нашей политической и экономической системы – только это способно закрепить и улучшить наши позиции в послевоенном мире.
Начать с АЗРК…
А что касается конкретного программирования и исполнения намеченного, то начинать стоило бы с АЗРК. Агентство при президенте вместо бессмысленных попыток «защитить и развить» конкуренцию там, где ее быть не может, стоило бы озадачить другой стороной проблемы: выписать все те отрасли, направления и ниши экономики, где необходимо регулирующее, управляющее или инвестиционное участие государства. И расписать конкретно функции, компетенции и ответственность государства за состояние экономики и благополучие граждан.
И тогда АСПиР тоже найдется дело: разрабатывать стратегию реформ, превращающих государство Казахстан в хорошего собственника и управляющего. Ключевая задача Агентства по стратегическому планированию и реформам – поставить на утрату химеру «Казахстан-2050» и разработать «Видение: Казахстан-2029». Политически смелый и профессионально честный ответ на вопрос: каким видится реальная Евразийская конфигурация к концу президентского срока и к какому месту Казахстана в ней следует стремиться?
В принципе, деятельности АЗРК и АСПиР под непосредственным руководством президента вполне бы хватило для разработки и реализации дорожной карты на пути к Справедливому государству. Оставшегося же для этого президентского срока до 2029 года хотя и мало, но при целенаправленных усилиях вполне может хватить. Во всяком случае, до этого президентский транзит завершенным считаться не может.
Похожие статьи
Президентский транзит в Казахстане: дальнейший сценарий не написан…
Тупиковый экономический курс: Казахстан заходит на новый круг?
31.05.2024, автор Виктор Долгов.
Политические реформы Токаева: что они дали и почему поставлены «на паузу»?
10.06.2024, автор Замир Каражанов.