АНАЛИТИЧЕСКИЙ ПОРТАЛ

Голод 1930-х в Казахстане: версия геноцида недоказуема и бесперспективна

Голод 1930-х в Казахстане: версия геноцида недоказуема и бесперспективна

30.05.2024, автор Бахыт Жанаберген.

RU KZ EN
Каждый год накануне 31 мая и в сам этот день, когда казахстанцы поминают жертв политических репрессий и голода, в СМИ и соцсетях появляются публикации об одной из самых страшных трагедий в истории нашего народа, получившей название Ашаршылык. И в большинстве из них почти рефреном звучит слово «геноцид». А те немногочисленные авторы, которые возражают против такой оценки, при этом не оспаривая ни сам факт массового голода, ни бесчеловечность правившего тогда режима, объявляются чуть ли не врагами казахской нации.

Кто и зачем продвигает этот нарратив?

Вопрос, можно ли квалифицировать случившееся в начале 1930-х как геноцид или нет, приобретает сегодня очень важное значение. Прежде всего, с точки зрения отношений Казахстана с большим северным соседом, а также отношений между двумя самыми крупными этносами нашей страны. Ведь люди, продвигающие этот нарратив, тем самым дают понять, что за организацией голода с целью якобы уничтожить казахский народ стояли «метрополия» в лице России и делегированные ею в нашу республику управленцы: Голощёкин и прочие.

В свою очередь Россия в глазах очень многих ассоциируется с русскими, в том числе с теми, кто в разные исторические периоды и по разным причинам оказался в Казахстане. Понятно, что и россияне, и русское население РК очень болезненно реагируют на такого рода обвинения и не собираются с ними мириться. Поэтому можно предположить, что версия геноцида активно насаждается теми, кто стремится создать напряжение между двумя соседними государствами и раздуть межэтнический конфликт в нашей стране.


С тем, что та чудовищная гуманитарная катастрофа была во многом рукотворной, что вина за гибель миллионов людей в Казахстане, Украине, ряде регионов России лежит на тогдашнем политическом руководстве СССР, что последнее совершило, по сути, преступление против собственного народа, сегодня мало кто спорит – пожалуй, только неисправимые сталинисты. Но чтобы квалифицировать это как геноцид, в нашем случае нужно иметь веские доказательства того, что ставилась конкретная задача уничтожить казахов (полностью или частично) именно как этнос. Такой вывод вытекает из текста соответствующей конвенции ООН. Наше государство в 1998-м присоединилось к ней, а значит, обязалось следовать её положениям.

Даже далёкие от юриспруденции казахстанцы, наблюдавшие за недавним судебным процессом по «делу Бишимбаева», теперь знают, что умышленное убийство, доведение до убийства, убийство по неосторожности – совершенно разные категории преступлений, за которые предусмотрена совершенно разная ответственность, а также что умышленное лишение человека жизни предполагает наличие у преступника какого-то мотива…

По аналогии, под определение «геноцид» подпадает только такое массовое убийство (причём именно представителей конкретной этнической, расовой или религиозной группы), которому предшествовал умысел. При этом способами убийства могут быть либо непосредственно физическое истребление, либо создание таких условий, которые, по задумке устроителей геноцида, должны привести к гибели большого количества людей.


Массового физического истребления в нашем случае не было, поэтому рассмотрим второй вариант.

Действительно, голод в Казахстане стал во многом следствием насильственного и радикального изменения условий жизни здешнего населения. Тут одновременно наложилось всё: и форсированный перевод прежде преимущественно кочевого народа на оседлость (седентаризация), и столь же форсированная коллективизация, и классовая борьба, и чрезмерные объёмы заготовок мяса, для чего у людей изымали скот, и откочёвки целых аулов, не желавших жить по новым законам и установлениям, вместе со своими отарами, стадами, табунами…

Безусловно, главную ответственность за это несёт центральная власть, решившая нахрапом достичь своих целей (хотя свою крайне негативную роль сыграли и излишне ретивые исполнители спускаемых директив на местах, нередко действовавшие либо из корыстных, либо из карьерных побуждений). Но был ли у неё умысел довести дело до масштабного голода, чтобы таким образом уничтожить казахов как этнос или, по крайней мере, существенно сократить их численность? В зависимости от ответа на этот вопрос можно будет говорить либо о геноциде, либо о ненамеренном (вопреки желанию, по недомыслию, по неосторожности) массовом убийстве.

Документы свидетельствуют…

По сей день не предъявлено никаких документальных доказательств того, что голод был вызван наличием у Кремля злого умысла – как в отношении казахов, так и в отношении других этносов (например, украинцев, которые гораздо дольше и активнее, чем мы, занимаются этой проблематикой). Кое-кто ссылается на закрытость российских архивов, но ведь в 1990-х, когда у власти в РФ находились как бы либералы, доступ к ним был относительно свободным, однако ничего такого исследователи там не обнаружили.

Рассекреченные документы, опубликованные в различных сборниках («Голод в СССР. 1929-1934», «Советская деревня глазами ВЧК-ОГПУ-НКВД. 1918-1939», «Советское руководство. Переписка. 1928-1941 гг.» и другие), тоже не дают оснований говорить о том, что большевистская власть сознательно решила устроить голодомор. Даже напротив, из них видно, что, когда стал очевидным масштаб бедствия, она попыталась исправить положение.


Например, 9 марта 1932-го путём опроса членов Политбюро ЦК ВКП(б), принимавшего все важнейшие для страны решения, был утвержден протокол «О продовольственной помощи Казахстану». В нём говорилось: «Отпустить дополнительную продовольственную ссуду в размере 500 тыс. пудов ржи и миллион пудов проса» (в тех условиях такая ссуда означала именно помощь). А уже через неделю Совет народных комиссаров Казахской АССР издал постановление, согласно которому названное количество должно было быть распределено между областями.

Спустя месяц, 10 апреля, члены Политбюро таким же образом удовлетворили просьбу Казкрайкома, возглавляемого Голощёкиным, «об оказании помощи возвращающимся из других районов казахским хозяйствам». Речь шла о выделении безвозвратной продовольственной ссуды, о создании специального товарного фонда, об организации детских домов и т.д.

В сентябре того же года Политбюро ЦК ВКП(б) приняло постановление «О сельском хозяйстве и, в частности, животноводстве Казахстана». Помимо прочих, в нём были такие пункты: «а) Отпустить 2 млн пуд. хлеба для продовольственной помощи и семенной ссуды кочевым и полукочевым хозяйствам. Освободить эти хозяйства в течение двух лет от централизованных скотозаготовок и хлебозаготовок. б) Ввиду специфических особенностей этих районов допустить в виде исключения практику индивидуального пользования казаха до 100 голов овец, 8-10 голов рогатого скота, 3-5 верблюдов и 8-10 табунных лошадей на хозяйство».

Возможно, помощь продуктами питания и послабления в плане возможности иметь личный скот были слишком запоздалыми и явно недостаточными. Но они доказывают, что у центральной власти не было намерения уморить наш народ голодом – зачем помогать тем, кого она якобы обрекла на верную смерть?


Или взять другой документ, из которого следует, что проклинаемый сегодня всеми Голощёкин требовал от первого секретаря Западно-Сибирского крайкома ВКП(б) Эйхе оказать помощь откочевавшему туда казахскому населению: «Как сообщают наши уполномоченные, побывавшие в Славгородском и Павлоградском районах, там происходят массовые случаи увольнения казахов, уже работающих в совхозах, и организация административного выселения в Казахстан всех бездомных и нищенствующих граждан, принадлежащих к казахской национальности... Выходит, что пока эти (казахские – прим. авт.) хозяйства имели скот и он заготовлялся, славгородские и павлоградские товарищи не возражали, а теперь считают нужным уже пауперизированных казахов без всякого устройства и помощи высылать в Казахстан как каких-то нарушителей границ и голодобеженцев... В отношении абсолютно разоренных хозяйств мы ставим задачу об оказании им помощи, в первую очередь, местными органами Сибкрая и возвращении их обратно в Казахстан с наступлением тепла».

Тогда же Голощёкин в телеграмме, адресованной президиуму ЦИК СССР, просил союзные власти выделить дополнительные средства на обустройство беспризорных детей, которых к тому времени, по его данным, насчитывалось более 40 тысяч. И это лишь малая часть документов.

Аргументы и факты

Допустим чисто гипотетически, что Сталин и его окружение действительно ставили своей целью уничтожение казахского народа или значительной его части. В таком случае они должны были иметь какие-то серьёзные мотивы. Некоторыми авторами, настаивающими на версии геноцида, они называются, однако их аргументы легко опровергнуть.

Например, довольно распространено мнение, будто сталинский режим решил таким образом расчистить территорию Казахстана, чтобы завезти сюда представителей других этносов, главным образом, русских. Но на тот момент в нашей республике проживало всего 6,5 миллиона человек всех национальностей, или втрое меньше, чем сейчас, и плотность населения здесь была самой низкой в СССР – в несколько раз ниже, чем в РСФСР (к которой относилась тогда Казахская ССР), Узбекистане и других республиках. Зачем оголять и без того крайне слабозаселённую территорию?

А довод, будто Ашаршылык был организован в ответ на сопротивление казахов советской власти, легко парируется на примере Узбекистана, Туркменистана, Таджикистана, где антибольшевистские выступления носили куда более масштабный характер (вспомните широкое басмаческое движение, в котором важную роль играл исламский фактор), но где массового голода не было. .

Зато аргументов в пользу того, что центральная власть абсолютно не была заинтересована в смерти такого количества людей, куда больше.

С начала 1930-х годов СССР готовился к неминуемой, как считало советское руководство, войне с капиталистическим Западом. В такой ситуации собственноручно уничтожать миллионы граждан, в том числе потенциальный мобилизационный резерв и будущих тружеников тыла, – то же самое, что стрелять себе в ногу (репрессии с казнями – другое дело: они имели политическую подоплёку, да и погибло от них намного меньше). В конце концов, куда выгоднее со всех точек зрения было не «прореживать» население посредством организации голода, а отправлять его как дешёвую рабочую силу в трудовые лагеря, чтобы оно там добывало руду, валило лес, строило дороги и т.д.

Примечательна тут и история с всесоюзной переписью 1937 года. В посвящённой ей книге (издана в 1996-м) упомянуто, что ранее, на 17-м съезде ВКП (б), Сталин, касаясь численности жителей СССР, назвал цифру в 168 миллионов человек. «Эта расчетная цифра была выведена на конец 1933-го, и ожидалось, что к концу 1937-го она достигнет примерно 180 млн…. Такой рост должен был стать важным свидетельством достижений социализма и его преимуществ над капитализмом», – говорится в книге.

Однако перепись показала, что в СССР проживает намного меньше людей – 162 миллиона. Крайне недовольные этим руководители страны обвинили её организаторов в «недоучёте населения» (заодно расстреляв многих руководителей статистических служб), после чего распорядились аннулировать итоги состоявшейся переписи и провести новую, которая дала другую цифру – 170,5 миллиона.

Стали бы так вести себя обитатели Кремля во главе со Сталиным, если бы они ранее сознательно пошли на убийство голодом миллионов людей в разных регионах страны? Ответ, думается, очевиден. Мало того, эта история наводит на мысль, что в Москве, возможно, даже не знали о настоящих масштабах трагедии и о реальном количестве жертв.


Или прочтите пространное письмо, которое в августе 1933-го Голощёкин отправил Сталину и Кагановичу. Пожаловавшись на своего преемника Мирзояна, который развернул в нашей республике кампанию по его «шельмованию», он, с одной стороны, частично признал свои ошибки, а, с другой, попытался оправдаться. Возникает вопрос: если Голощёкин, как утверждают сторонники версии геноцида, выполнял волю Кремля по уничтожению казахского народа, то зачем и в чём ему оправдываться перед вождём?

И, наконец, эту версию ставят под сомнение самые известные из числа современных западных исследователей, занимающихся данной темой, – итальянец Никколо Пьянчола, немец Роберт Киндлер, американка Сара Кэмерон... Уж кого-кого, а их в просоветской или пророссийской позиции обвинить очень сложно.

Словом, Ашаршылык – это история о том, как советское государство, проводя абсолютно бездарную и даже аморальную политику, совершило фактически массовое убийство людей, хотя и не имея такого умысла…

Похожие статьи

Чем закончится для Казахстана «разбирательство» с советскими репрессиями?
14.12.2020, автор Гульнар Муканова.
Казахское общество: какие нормы морали возьмут верх – архаичные или современные?
1.04.2024, автор Сауле Исабаева.
Отношения между этносами в Казахстане: равнодушие, переходящее в неприятие
1.03.2024, автор Сауле Исабаева.
Приговор Бишимбаеву: был ли он политически мотивированным?
17.05.2024, автор Сауле Исабаева.
«Алаш» и репрессии: даже академики пытаются натянуть сову на глобус?
14.02.2024, автор Бахыт Жанаберген.
SPIK.KZ » Выбор редакции » Голод 1930-х в Казахстане: версия геноцида недоказуема и бесперспективна