12.03.2024, автор Бауыржан Маханов.
Можно ли говорить о ренессансе православия в Казахстане?
![Можно ли говорить о ренессансе православия в Казахстане?](/uploads/posts/2024-07/iakov-voroncov-696x406.jpg)
25.07.2024, автор Сауле Исабаева.
RU
KZ
EN
Отношение казахстанцев к религии – одна из самых чувствительных и обсуждаемых тем в стране. Но, как правило, в фокусе внимания всегда оказываются мусульмане, тогда как жизнь православных остается в тени. Хотя последние составляют порядка 20 процентов населения РК...
Если верить данным, полученным в ходе последней переписи населения, в нашей стране самыми религиозными являются казахи – почти 90% указали свою принадлежность к вере. Второе место занимают русские – около 86%, в том числе 85,5% исповедуют православие. Тогда как почти во всех других более или менее крупных этнических группах доля верующих не превышает 73% (среди узбеков и татар она чуть выше – в районе 78%).
Возникают вопросы. На самом ли деле славянское население Казахстана столь религиозно, в том числе молодежь? Можно ли по аналогии с ренессансом ислама говорить о волне возрождения православия в стране? Или же это просто лукавая (либо некорректная) статистика? И какие вообще тенденции характерны для православной церкви в РК? Существуют ли внутри неё противоречия – идеологические, личностные и т.д.? Слово экспертам.
Иаков Воронцов, православный священник:
«В среде молодёжи растёт индифферентность к религии»
- Думаю, что результаты переписи нуждаются в корректировке. В том смысле, что далеко не все люди, заявляющие свою принадлежность к той или иной конфессии, являются практикующими прихожанами. В целом казахстанское общество не очень религиозно. По моим наблюдениям, в русскоязычном сегменте в среде молодёжи растёт индифферентность к религии. При этом высок процент как сторонников агностицизма, так и людей, склонных к псевдорелигиозным суевериям.
Увы, о ренессансе православия в Казахстане говорить не приходится. Этому препятствуют реформы патриарха Кирилла, направленные на усиление централизации, бюрократизации и формализации церковной жизни, а также проводимая им кадровая политика.
Если говорить о Казахстане, то у нас эти процессы не столь очевидны и значительно ослаблены. Однако оправдание и поддержка высшими иерархами и медийно активными членами РПЦ военной агрессии против Украины вносят деструктив в жизнь местной церкви. Стараясь не говорить о политике, прихожане делятся на тех, для кого Путин – герой и освободитель, и тех, для кого он тиран и убийца.
Арман Кудабай, журналист, преподаватель КазНУ им.аль-Фараби:
«Активных настроений и противоречий в православной среде нет»
– Во-первых, нельзя путать официально признанные конфессии, к которым относит себя основная часть православного населения Казахстана, и сектантов, раскольников и прочих. Хотя даже сектанты в православии в большинстве своем, кроме конкуренции с главенствующей церковью за приход, не представляют ни для нее, ни для государства в целом особой опасности. Нет же в православии «школ», ставящих целью захват власти. Насколько известно, даже старообрядцы не противопоставляют себя жестко обществу и властям. Да и вообще не приходится говорить о том, что сектантские направления православия имеют какой-нибудь вес среди нашего христианского населения.
Почему же такое часто происходит в мусульманской среде? Связано это, прежде всего, с особенностями взаимоотношений официальной религиозной школы и других направлений (мазхабов), которые даже мирными трудно назвать. Ведь «исламские секты», по-другому и не скажешь, типа ИГИЛ/ДАИШ, «Талибана», «Аль-Каиды», «Боко Харам», «Вилаят Хорасан» и других откровенно ставят целью своего существования захват власти и изменение мира на собственный лад. Проблема в том, что наш муфтият и госорганы, курирующие религиозную сферу, не всегда могут противопоставить что-либо их пропагандистским технологиям. Можно ли считать это «возрождением ислама» или «мусульманским ренессансом»? Нет. Скорее, это усиление влияния сектантства в Казахстане…
Елена Бурова, главный научный сотрудник Института философии, политологии и религиоведения (ИФПР) МНВО РК:
«Православные реже состоят в общине и реже следуют религиозным нормам»
- Если оценивать бытие православия в стране не только по численности и структуре паствы, но также и по новым храмам, по престижности статуса духовного наставника, по степени стремления к получению специального религиозного образования и практического опыта, то вполне обоснован вывод об устойчивом его развитии в казахстанских реалиях.
В целом религиозный процесс в современном Казахстане синхронизирован с глобальными и региональными тенденциями и в то же время имеет собственную специфику. Можно сказать, что у нас завершился этап ренессанса религии, который начался с 1990-х годов и был связан с переосмыслением ее роли после длительного периода атеизации общества. А сейчас наступил этап ревитализации (восстановления) религии в тех ее предназначениях, которые важны для человека, общества и государства.
На религиозные процессы влияет много факторов: демографическая ситуация, миграция, ослабление идейного влияния общественных институтов и т.д. При этом казахстанское общество остается полиэтничным и многоконфессиональным, и это способствует многообразной религиозной самоидентичности, в том числе детрадиционализации и конверсии (смене ориентиров). Но по-прежнему этническая принадлежность остается главной определяющей при выборе конфессии: казахи относят себя к исламу, а русские – к православию. Лишь 27% опрошенных нашим институтом (ИФПР) граждан заявили, что при выборе религиозных убеждений необязательно придерживаться этнокультурной традиции.
Кроме того, исследования фиксируют дифференциацию степени погруженности в религию среди представителей различных конфессий. Православные реже состоят в общине и реже следуют религиозным нормам (6,9%), чем мусульмане (19,3%) и представители других верований, например, католицизма (48,3%). Объясняется это тем, что для последних религия является важной сферой идентичности, и для них характерна высокая общинная сплоченность.
В целом религиозное мировоззрение, ценности, традиции стали определять образ жизни каждого пятого казахстанца. Однако среди них только 6-9% строго выполняют все религиозные предписания. 34,7-36,1% респондентов называют себя верующими и стараются соблюдать религиозные нормы, но при этом редко, только на праздники, посещают мечети, храмы, костелы, молитвенные дома и т.д. 60-65%, как я уже говорила, являются номинально верующими, хотя во время национальной переписи указывали свою принадлежность к религии. Часть респондентов – от 6% до 26% в зависимости от регионов – идентифицируются как внеконфессиональные верующие, то есть имеющие индивидуальные представления о религии.
По мнению респондентов, средствами интеграции молодежи и религии становятся (по степени убывания): социальное окружение (друзья, коллеги, знакомые) – 24,7%; родители и семейные традиции – 22,5%; мода на «религиозность» - 21,3%; возможность социализации, в том числе в религиозных общинах, – 13,5%; влияние иностранных проповедников – 3,4%; поддержка в трудных ситуациях – 2,2%.
Резюмируя, отмечу, что религия в казахстанском обществе имеет многозначные восприятия, и мотивы к тому, чтобы быть религиозным человеком, тоже не одинаковы. Мнения верующих из разных конфессий и экспертов на этот счёт не всегда совпадают. В целом последние связывают обращение казахстанцев к религии с кризисом идеологии, утратой прежней системы ценностей, появлением мировоззренческого вакуума, деформацией понимания духовности. Религиозные институты в этой ситуации продолжают осуществлять функции формирования мировоззрения и системы нравственных ценностей, оказания психологической поддержки, приобщения к одобряемому религиозному поведению.
Если верить данным, полученным в ходе последней переписи населения, в нашей стране самыми религиозными являются казахи – почти 90% указали свою принадлежность к вере. Второе место занимают русские – около 86%, в том числе 85,5% исповедуют православие. Тогда как почти во всех других более или менее крупных этнических группах доля верующих не превышает 73% (среди узбеков и татар она чуть выше – в районе 78%).
Возникают вопросы. На самом ли деле славянское население Казахстана столь религиозно, в том числе молодежь? Можно ли по аналогии с ренессансом ислама говорить о волне возрождения православия в стране? Или же это просто лукавая (либо некорректная) статистика? И какие вообще тенденции характерны для православной церкви в РК? Существуют ли внутри неё противоречия – идеологические, личностные и т.д.? Слово экспертам.
Иаков Воронцов, православный священник:
«В среде молодёжи растёт индифферентность к религии»
- Думаю, что результаты переписи нуждаются в корректировке. В том смысле, что далеко не все люди, заявляющие свою принадлежность к той или иной конфессии, являются практикующими прихожанами. В целом казахстанское общество не очень религиозно. По моим наблюдениям, в русскоязычном сегменте в среде молодёжи растёт индифферентность к религии. При этом высок процент как сторонников агностицизма, так и людей, склонных к псевдорелигиозным суевериям.
Увы, о ренессансе православия в Казахстане говорить не приходится. Этому препятствуют реформы патриарха Кирилла, направленные на усиление централизации, бюрократизации и формализации церковной жизни, а также проводимая им кадровая политика.
Вообще, Русская православная церковь (РПЦ), неотъемлемой частью которой является Митрополичий округ в РК, в настоящее время переживает кризис, связанный с растущим недоверием к руководству и невысоким уровнем религиозного образования не только прихожан, но и священнослужителей. Богословская наука тоже переживает упадок. Вместо этого большие усилия вкладываются в поддержание идеологических основ российской государственности и национальной идентичности прихожан в качестве русских.
Если говорить о Казахстане, то у нас эти процессы не столь очевидны и значительно ослаблены. Однако оправдание и поддержка высшими иерархами и медийно активными членами РПЦ военной агрессии против Украины вносят деструктив в жизнь местной церкви. Стараясь не говорить о политике, прихожане делятся на тех, для кого Путин – герой и освободитель, и тех, для кого он тиран и убийца.
Арман Кудабай, журналист, преподаватель КазНУ им.аль-Фараби:
«Активных настроений и противоречий в православной среде нет»
– Во-первых, нельзя путать официально признанные конфессии, к которым относит себя основная часть православного населения Казахстана, и сектантов, раскольников и прочих. Хотя даже сектанты в православии в большинстве своем, кроме конкуренции с главенствующей церковью за приход, не представляют ни для нее, ни для государства в целом особой опасности. Нет же в православии «школ», ставящих целью захват власти. Насколько известно, даже старообрядцы не противопоставляют себя жестко обществу и властям. Да и вообще не приходится говорить о том, что сектантские направления православия имеют какой-нибудь вес среди нашего христианского населения.
Во-вторых, главенствующая церковь и сама не особо стремится возродить/усилить православие в стране. Соответственно речи об активных настроениях (и тем более противоречиях) в этой среде не идет. Как преподаватель вуза я, к примеру, не замечал в русскоязычных молодежных кругах какой-либо истовости на религиозной почве. Помнится, в 1990-е годы была пара случаев, когда посреди учебы ребята уходили в монастырь. Но после с подобным я не сталкивался. А когда рьяных приверженцев той или иной веры нет или их очень мало, то и конфликты маловероятны.
Почему же такое часто происходит в мусульманской среде? Связано это, прежде всего, с особенностями взаимоотношений официальной религиозной школы и других направлений (мазхабов), которые даже мирными трудно назвать. Ведь «исламские секты», по-другому и не скажешь, типа ИГИЛ/ДАИШ, «Талибана», «Аль-Каиды», «Боко Харам», «Вилаят Хорасан» и других откровенно ставят целью своего существования захват власти и изменение мира на собственный лад. Проблема в том, что наш муфтият и госорганы, курирующие религиозную сферу, не всегда могут противопоставить что-либо их пропагандистским технологиям. Можно ли считать это «возрождением ислама» или «мусульманским ренессансом»? Нет. Скорее, это усиление влияния сектантства в Казахстане…
Елена Бурова, главный научный сотрудник Института философии, политологии и религиоведения (ИФПР) МНВО РК:
«Православные реже состоят в общине и реже следуют религиозным нормам»
- Если оценивать бытие православия в стране не только по численности и структуре паствы, но также и по новым храмам, по престижности статуса духовного наставника, по степени стремления к получению специального религиозного образования и практического опыта, то вполне обоснован вывод об устойчивом его развитии в казахстанских реалиях.
В целом религиозный процесс в современном Казахстане синхронизирован с глобальными и региональными тенденциями и в то же время имеет собственную специфику. Можно сказать, что у нас завершился этап ренессанса религии, который начался с 1990-х годов и был связан с переосмыслением ее роли после длительного периода атеизации общества. А сейчас наступил этап ревитализации (восстановления) религии в тех ее предназначениях, которые важны для человека, общества и государства.
За эти годы сформировалась такая структура религиозности населения, где преобладают номинальные верующие (не практикующие религию и не входящие в общины), которые к тому же имеют тенденцию к «омоложению». Среди практикующих верующих тоже доминируют молодое и среднее поколения. Но если численность исламской молодежи растет, то численность православной молодежи сокращается. Становится все больше атеистов и внеконфессиональных верующих. Наряду с аутентичной религиозностью существуют квазирелигиозность и радикальная религиозность. А еще присутствует скрываемая и демонстративная религиозность (равно как и атеизм).
На религиозные процессы влияет много факторов: демографическая ситуация, миграция, ослабление идейного влияния общественных институтов и т.д. При этом казахстанское общество остается полиэтничным и многоконфессиональным, и это способствует многообразной религиозной самоидентичности, в том числе детрадиционализации и конверсии (смене ориентиров). Но по-прежнему этническая принадлежность остается главной определяющей при выборе конфессии: казахи относят себя к исламу, а русские – к православию. Лишь 27% опрошенных нашим институтом (ИФПР) граждан заявили, что при выборе религиозных убеждений необязательно придерживаться этнокультурной традиции.
Кроме того, исследования фиксируют дифференциацию степени погруженности в религию среди представителей различных конфессий. Православные реже состоят в общине и реже следуют религиозным нормам (6,9%), чем мусульмане (19,3%) и представители других верований, например, католицизма (48,3%). Объясняется это тем, что для последних религия является важной сферой идентичности, и для них характерна высокая общинная сплоченность.
В целом религиозное мировоззрение, ценности, традиции стали определять образ жизни каждого пятого казахстанца. Однако среди них только 6-9% строго выполняют все религиозные предписания. 34,7-36,1% респондентов называют себя верующими и стараются соблюдать религиозные нормы, но при этом редко, только на праздники, посещают мечети, храмы, костелы, молитвенные дома и т.д. 60-65%, как я уже говорила, являются номинально верующими, хотя во время национальной переписи указывали свою принадлежность к религии. Часть респондентов – от 6% до 26% в зависимости от регионов – идентифицируются как внеконфессиональные верующие, то есть имеющие индивидуальные представления о религии.
Исследования ИФПР также выявили следующую тенденцию: с повышением возраста респондентов, выбравших ислам и православие, происходит изменение их религиозной вовлеченности. Если среди 18-24-летних опрошенных доля тех, кто состоит в религиозной общине и следует религиозным нормам, составляет 23,2%, то среди 45-54-летних таковых уже вдвое меньше - 11,7%. Как подчеркнул один из наших экспертов, для молодых религия – это, скорее всего, дань традициям, а для взрослых - осознанная потребность в вере, более осмысленное отношение к религиозным ценностям. Причем вовлеченность исламской и православной молодежи диаметрально противоположна, о чем говорилось выше.
По мнению респондентов, средствами интеграции молодежи и религии становятся (по степени убывания): социальное окружение (друзья, коллеги, знакомые) – 24,7%; родители и семейные традиции – 22,5%; мода на «религиозность» - 21,3%; возможность социализации, в том числе в религиозных общинах, – 13,5%; влияние иностранных проповедников – 3,4%; поддержка в трудных ситуациях – 2,2%.
Резюмируя, отмечу, что религия в казахстанском обществе имеет многозначные восприятия, и мотивы к тому, чтобы быть религиозным человеком, тоже не одинаковы. Мнения верующих из разных конфессий и экспертов на этот счёт не всегда совпадают. В целом последние связывают обращение казахстанцев к религии с кризисом идеологии, утратой прежней системы ценностей, появлением мировоззренческого вакуума, деформацией понимания духовности. Религиозные институты в этой ситуации продолжают осуществлять функции формирования мировоззрения и системы нравственных ценностей, оказания психологической поддержки, приобщения к одобряемому религиозному поведению.
Похожие статьи
Неужели казахи – самые богобоязненные в нашей стране?
Казахское общество: какие нормы морали возьмут верх – архаичные или современные?
1.04.2024, автор Сауле Исабаева.
Остров Возрождения на Арале: далеко не все его тайны разгаданы…
26.12.2023, автор Бахыт Жанаберген.
Кампания против Бишимбаева имела четкий сценарий – Ермухамет Ертысбаев
24.06.2024, автор Сауле Исабаева.
Какие ценности разобщают казахстанцев, а какие объединяют?
14.05.2024, автор Сауле Исабаева.