«Казатомпром»: переход в новое качество откладывается
Автор Асем Избасарова
RU
KZ
EN
Комплексная программа, принятая в 2006-м, предусматривала целую серию технологических преференций для нашей страны. В обмен на предоставление доли в уранодобывающих предприятиях Казахстан должен был получить:
• Долю в производстве ядерного топлива на совместном российско-казахстанском предприятии;
• Развитие инфраструктуры поставок урановой продукции на мировой рынок;
• Создание «Казатомпромом» и «Росатомом» на паритетных началах Международного центра по обогащению урана;
• Проект АЭС малой мощности на 300 МВт (первоначально для замены мощностей Мангистауского атомно-энергетического комбината), потенциально пригодный для коммерческого масштабирования и экспорта;
• Обучение специалистов под эксплуатацию подобных АЭС в Казахстане;
• Загрузку Ульбинского металлургического завода под производство тепловыделяющих сборок для данных АЭС малой мощности.
То есть по итогам реализации Комплексной программы «Казатомпром» должен был стать не просто мировым лидером в добыче урановой руды, но и полноценной вертикально интегрированной корпорацией, способной предложить иностранным заказчикам всю линейку услуг: от добычи руды до поставок топлива на АЭС малой мощности.
Однако этим планам не суждено было сбыться. Принятая в 2006-м Комплексная программа затем дважды пересматривалась – в 2011 и 2014 годах. И хотя ключевым положением пересмотра была преемственность, в конечном счете первоначальный смысл договоренностей президентов был потерян:
• Стороны достаточно быстро создали совместное предприятие – ЗАО «Центр по обогащению урана», которое в 2013 году приобрело 25% доли в российском ОАО «Уральский электрохимический комбинат». Однако договор на переработку казахстанского урана между «Казатомпромом» и «Центром по обогащению урана» заключен не был. В итоге СП работает полностью на сырье, поставляемом российским учредителем, что негативно сказывается на рентабельности производства и прибыли для казахстанской стороны.
• Последняя, кроме того, затянула вопрос с проектированием и строительством малой АЭС в городе Актау. В апреле 2013-го в ходе очередного заседания совместной рабочей группы казахстанская сторона проинформировала «Росатом» о том, что решение о конфигурации АЭС и месте ее расположения будет принято правительством РК до конца того же года. Россияне в свою очередь выразили готовность предложить Казахстану сооружение атомной электростанции с реакторной установкой ВБЭР-300. Однако ни в 2013-м, ни позднее решение о строительстве малой АЭС правительством РК так и не было принято.
Отсутствие итогового проекта малой АЭС сделало бессмысленными и другие пункты Комплексной программы – обучение специалистов под данный тип реакторов, расширение загрузки УМЗ под дополнительные тепловыделяющие сборки. А «Казатомпром» еще и понес существенные финансовые потери из-за того, что взял кредит на приобретение доли в «Уральском электрохимическом комбинате», продукцию которого в конечном счете не получает.
Как следствие, сейчас российско-казахстанское сотрудничество в области использования атомной энергии приходится начинать фактически заново – начиная с пересмотра участия в совместных российско-казахстанских предприятиях по добыче урана и заканчивая планами строительства первой АЭС международным консорциумом.
В 2024 году переговоры представителей «Росатома» и правительства РК завершились одобрением сделки по передаче российской доли китайским компаниям:
• 49,97% акций АО «СП «Заречное» выкупила SNURDC Astana Mining Company Limited, конечным бенефициаром которой является китайская State Nuclear Uranium Resources Development.
• Ожидается выход «Росатома» из ТОО «СП «Хорасан-U» (30%) и ТОО «Кызылкум» (50%). Первое из названных совместных предприятий является уранодобывающим, а второе обеспечивает первичную переработку руды. Доли в двух СП тоже также достанутся китайской компании — China Uranium Development Company Limited, конечным бенефициаром которой является China General Nuclear Power Corporation (CGN).
В совокупности «Росатом» передает китайским компаниям примерно 10% своих балансовых запасов урановой руды в совместных казахстанско-российских проектах.
Общий негативный бэкграунд сотрудничества «Казатомпрома» и «Росатома» привел к тому, что на уровне президента страны Токаева было принято решение отодвинуть «Казатомпром» от темы атомной энергетики путем воссоздания Агентства по атомной энергии РК в 2025 году.
Нужно вспомнить, что персональную ответственность за изменение содержания Комплексной программы сотрудничества в 2011 и 2014 годах несет Владимир Школьник –председатель правления «Казатомпрома» в тот период. Именно при его участии произошло выхолащивание интересов Казахстана из первоначального соглашения глав государств. Думается, что у генеральной прокуратуры РК должен появиться соответствующий профессиональный интерес к странным и нелогичным управленческим решениям Школьника в период, когда он возглавлял «Казатомпром».
А нынешнее руководство национальной атомной компании должно проявить активность в возвращении к первоначальным целям сотрудничества – речь идет о выходе Казахстана на рынок топлива для АЭС и создании соответствующего международного холдинга. Ведь Комплексная программа не отменена, и многие соглашения в ее рамках носят юридически обязывающий характер – в том числе и по трансферу технологий в Казахстан.