Аральское море: кто обманывает народ и Ак-орду – министр или жители региона?
Автор Женис Байхожа
RU
KZ
EN
Кому верить?
Начиная с середины сентября прошлого года, министр и его подчиненные стали внушать общественности, что объем водной массы в САМ за последние годы значительно увеличился, что появилось больше рыбы и т.д. Их слова активно тиражировались не только казахстанскими, но и зарубежными масс-медиа. Как следствие, сформировалось общее мнение, что водоем снова возрождается, этот нарратив начал звучать в выступлениях высших лиц государства. В то же самое время жители северного Приаралья, особенно прибрежных аулов, утверждали совершенно обратное. Посмотрите снятый там в конце сентября документальный фильм под названием «Теңіздің көз жасы», послушайте, что говорит местное население.
Если обобщить сказанное людьми, то в последние годы море, напротив, продолжало мелеть и сжиматься в размерах. Из-за сокращения притока по Сырдарье повысилась соленость воды, соответственно рыбы стало меньше, некоторые ее виды вовсе исчезли, на местных рынках торгуют в основном тем, что привозят из Атырау. Рыбоперерабатывающие цеха простаивают или закрываются из-за отсутствия сырья. Растет уровень безработицы, падают доходы населения, в поисках лучшей жизни всё больше людей покидает родные места… Например, Биржан Казиев рассказывает, что шесть лет назад, когда в САМ было больше воды и рыбы, он с семьей переехал в аул Тастубек, чтобы заниматься рыбным промыслом. Но сейчас ситуация значительно ухудшилась: по его словам, только за последний год море ушло от берега на 150 метров, объемы добычи резко упали – в сети мало что попадает...
Все, кого опросил снявший фильм гражданский активист Жомарт Картбаев, были единодушны в том, что заявления о заполнении Северного Аральского моря не соответствуют действительности. А сам он добавил, что после услышанного от жителей побережья обратился в Генеральную прокуратуру и в КНБ республики с просьбой рассмотреть возможность привлечения к ответственности тех, кто вводит в заблуждение руководство страны и казахстанское общество, распространяя ложную информацию.
Кому верить – министру водных ресурсов и ирригации или же тем, кто ежедневно своими глазами видит то, что творится с Малым Аралом, на себе ощущает последствия происходящих с ним изменений? Чтобы получить ответ на этот вопрос, обратимся к доступной статистике.
Что говорят цифры…
Как доложил на заседании правительства Нуржан Нуржигитов, за последние три года, с начала 2023-го до начала 2026-го, объем воды в САМ увеличился с 18,4 до 23-х миллиардов кубометров (здесь стоит сказать, что еще десять лет назад он составлял 27 миллиардов – такова максимальная емкость водоема). А теперь давайте посчитаем, опираясь на данные Межгосударственной координационной водохозяйственной комиссии (МКВК): она является одной из структур Международного фонда спасения Арала и аккумулирует у себя всю информацию, касающуюся бассейнов Сырдарьи и Амударьи, собирая ее из разных источников, включая профильные министерства республик Центральной Азии.
Так вот, если суммировать цифры, содержащиеся в аналитических отчетах на сайте Научно-информационного центра (НИЦ) МКВК, то получается, что за рассматриваемый период через гидропост Каратерень в дельту Сырдарьи могло пройти в общей сложности порядка 6,6-6,7 миллиарда кубометров воды. Разбивка по годам приведена в предлагаемой ниже таблице.
Поступление воды в дельту Сырдарьи (в миллионах кубометров) за период с начала 2023-го до начала 2026-го
Здесь нужно уточнить, что применительно к январю-марту 2023-го взята половина объема, поступившего за весь межвегетационный период 2022-2023 годов (1538 миллионов «кубов» за шесть месяцев, с октября по март, поделены на два). Что касается октября-декабря прошлого года, то данных по ним пока нет, и за исходную цифру мы приняли половину объема притока, имевшего место годом ранее (1792:2) и ставшего максимальным за период после 2018-го. То есть 900 миллионов. Хотя на самом деле, как сообщают с мест, в дельту поступало и продолжает поступать не более 50 кубометров в секунду, или около 400 миллионов за три месяца. Это связано, прежде всего, с необходимостью накопления воды в Токтогуле, где ее сегодня на 1,6 миллиарда «кубов» меньше, чем год назад, а также в водохранилищах, расположенных ниже по руслу, – похоже, 2026-й будет для бассейна Сырдарьи менее благоприятным по водности, чем 2025-й.
К полученной сумме нужно прибавить количество осадков. Тот объем водной массы, с которого ведет отсчет министр (18,4 миллиарда по состоянию на начало 2023-го), соответствует площади поверхности САМ примерно в 2,8 тысячи кв. км. Как показывают результаты многолетних наблюдений, над акваторией Арала ежегодно в среднем на каждый квадратный километр выпадает 132 тысячи кубометров влаги в виде дождя и снега. Нехитрые арифметические расчеты позволяют сделать вывод, что за три года «небесная канцелярия» должна была дать водоёму около 1.100 миллионов «кубов». Таким образом, суммарный приход воды в САМ мог быть от 7.700 до 7.800 миллионов кубометров (поступление по Сырдарье плюс осадки). Это в лучшем случае, то есть если считать, что за последние три месяца 2025-го приток составил 900 миллионов, хотя фактически он, скорее всего, был вдвое меньше.
Но ведь был и расход. Те же многолетние гидрометеорологические наблюдения, которые велись еще с начала прошлого века и на протяжении всей советской эпохи, показали, что с каждого квадратного километра поверхности Арала ежегодно испаряется в среднем 959 тысяч кубометров влаги. А после обмеления моря эта цифра если и изменилась, то в сторону увеличения: чем ближе дно, чем меньше слой воды – тем быстрее она улетучивается. Но даже если исходить из той цифры, которая приведена выше, то выходит, что за три года суммарный объем испарения с площади в 2,8 тысячи кв. км должен был составить 8.050 миллионов кубометров. Иными словами, за рассматриваемый период САМ потерял воды больше, чем получил. Откуда взялась прибавка в 4,6 миллиарда «кубов», о которой говорит министр?
Вообще, по оценкам специалистов, на самом деле никто точно не знает, какие изменения происходят в Малом Арале, каковы его современные параметры – площадь, объем водной массы и т.д., насколько они отличаются от проектных, заложенных двадцать лет назад, когда была построена Кокаральская плотина, отделившая водоем от высохшей части моря. По той простой причине, что не проводится серьезных, детальных исследований, необходимых измерений.
Реальные планы или маниловщина?
В том же выступлении министра на заседании правительства и в публикации на официальном сайте ведомства говорится о планах довести объем воды в САМ до 34-х миллиардов кубометров, а площадь его зеркала – до 3,9 тысячи квадратных километров. Причем это должно случиться в течение ближайших четырех-пяти лет, для чего будет реализован проект, предусматривающий реконструкцию Кокаральской плотины, что позволит повысить уровень воды до 44-х метров (при нынешней высоте сооружения возможно достижение отметки в 42 метра). Эту информацию тут же распространили в медиапространстве – далеко не только в отечественном.
Нарастить плотину, увеличить емкость чаши Малого Арала, затратив на реализацию проекта значительные финансовые ресурсы, конечно, можно. Но чем будут заполнять эту чашу, где возьмут для нее дополнительную воду, если на протяжении последних шести-семи лет не удавалось поддерживать даже ныне существующий уровень САМ? Тем более что заявленное Нуржигитовым расширение площади зеркала до 3,9 тысячи квадратных километров, то есть на 1,1 тысячи кв. км, приведет к росту объема испарения более чем на миллиард «кубов», и эти потери тоже надо как-то компенсировать. На этот вопрос министр ответил так: «Уже подписано соглашение с Узбекистаном по обеспечению стабильного притока даже в маловодные годы», заодно добавив фразу: «благодаря выстроенной водной дипломатии».
Действительно, 15 ноября прошлого года в Ташкенте между правительствами двух стран было заключено «Соглашение о совместном управлении и рациональном использовании трансграничных водных объектов» сроком на пять лет и с возможностью пролонгации. Свои подписи под ним поставили Нуржан Нуржигитов и его узбекский коллега Шавкат Хамраев. Автор этих строк долго пытался найти в тексте документа слова об «обеспечении стабильного притока даже в маловодные годы» или что-то, хотя бы намекающее на это, однако не нашел. Зато выяснил другое.
Стоит ли надеяться на узбеков?
С точки зрения распределения стока Сырдарьи ключевым в соглашении является пункт 2 статьи 3.
Как видим, стороны согласились руководствоваться положениями документов, принятых более сорока лет назад, еще в бытность СССР. В 1982-м после долгих споров и дискуссий с участием представителей республик Центральной Азии союзный центр, выступавший в роли верховного арбитра, установил для каждой из них лимиты водозабора. Доля Казахстана в общем годовом стоке Сырдарьи была определена в объеме не менее 12, а в маловодные годы – не менее 10 миллиардов кубометров. После распада Союза, в 1992-м, теперь уже независимые государства ЦА в лице глав их профильных ведомств договорились придерживаться тех же принципов распределения воды (к слову, с этим событием напрямую связано и создание в марте 1993-го Международного фонда спасения Арала). То есть решения были приняты уже давно, и современная «водная дипломатия» Казахстана, если она вообще существует, здесь ни при чём. Это во-первых.
Во-вторых, даже если казахам вдруг удастся «уболтать» узбеков, во что верится мало, то всё равно не будет никаких гарантий поступления дополнительных объемов. Львиная часть стока Сырдарьи формируется на территории Кыргызстана, который и «дирижирует» режимом его попусков, не упуская случая предпринять шаги в своих интересах. Плюс в среднем течении реки находится Таджикистан с его крупным Кайраккумским водохранилищем (сейчас оно называется Бахри Точик, или Таджикское море, и вмещает свыше 4-х миллиардов «кубов»), а также быстро увеличивающимся сельским населением, которое составляет 70 процентов жителей страны и занято в основном орошаемым земледелием. Иначе говоря, объемы попусков в низовья Сырдарьи зависят далеко не только от Узбекистана. К тому же последний может потерять немалую часть своей доли в стоке Амударьи (из-за строительства большого канала в Афганистане) и потому вряд ли собирается заниматься «благотворительностью» в пользу Казахстана.
В-третьих, серьезные претензии по поводу рассматриваемого ноябрьского соглашения высказал Нариман Кипшакбаев, который в период с 1981-го по 1995-й возглавлял сначала Министерство водного хозяйства, а затем, оставаясь членом правительства, – Государственный комитет по водным ресурсам РК. Он принимал непосредственное участие в разработке, обсуждении и подписании упомянутых выше документов 1980-х и 1990-х годов, поэтому знает их во всех нюансах. Так вот, по словам патриарха отрасли, содержащаяся в том самом пункте 2 статьи 3 ссылка на положения Корректирующей записки №413 от 29 февраля 1984-го может привести, напротив, к урезанию доли Казахстана. Во время разговора с автором этих строк он сообщил, что увидел текст соглашения лишь в начале нового года, после чего направил нынешнему министру гневное письмо. Если претензии аксакала являются обоснованными, то какой оценки заслуживает «водная дипломатия» в исполнении Нуржана Нуржигитова?
******
Возникает вопрос относительно мотивов, которые движут им тогда, когда он делает подобные заявления. Ответ первый – стремление продемонстрировать свою эффективность как государственного менеджера (выбор им трех последних лет в качестве «переломных» с точки зрения возрождения Малого Арала объясняется, видимо, тем, что именно столько времени он возглавляет министерство). Второй – попытка доказать целесообразность расширения САМ и соответственно финансирования столь крупного проекта. А, возможно, правильными являются оба ответа…
P.S. Поднятые в этой статье вопросы редакция Spik.kz намерена направить в Министерство водных ресурсов и ирригации. Надеемся, что там найдут время и проявят готовность ответить на них.