Водное соглашение между Казахстаном и Узбекистаном: что в нем не так?
Автор Женис Байхожа
RU
KZ
EN
- Вас устроил ответ вице-министра?
- Женщина-журналист спросила у него, почему в той части текста межправительственного соглашения, где говорится о распределении стока Сырдарьи, за основу взято не постановление ГЭК Госплана СССР от 5 мая 1982 -го, а корректирующая записка к нему от 29 февраля 1984-го, хотя последняя не является официальным нормативным актом. Вице-министр ответил, что в указанном пункте соглашения дается ссылка на оба документа. Но это, мягко говоря, лукавство.
Вот что написано во 2-м пункте 3-й статьи: «Стороны выполняют положения Корректирующей записки к Уточненной схеме комплексного использования и охраны водных ресурсов бассейна реки Сырдарьи, утвержденной протоколом заседания научно-технического совета Министерства мелиорации и водного хозяйства СССР от 29 февраля 1984 года №413, составленной по постановлению ГЭК Госплана СССР от 5 мая 1982 года №11».
Если бы вместо фразы «составленной по постановлению» было написано «а также постановления», то можно было бы согласиться с вице-министром. Но даже в этом случае следовало дать ссылку вначале на постановление ГЭК, потому что оно является основополагающим документом, определяющим принципы вододеления в бассейне Сырдарьи, и только потом на подготовленную в соответствии с ним корректирующую записку.
А то, как изложен данный пункт в тексте уже подписанного и отправленного на ратификацию соглашения, трактуется однозначно: он предполагает, что казахская и узбекская стороны должны выполнять исключительно положения корректирующей записки, а постановление ГЭК упоминается лишь постольку, поскольку согласно ему была подготовлена эта записка. Чтобы сделать такой вывод, не нужно иметь юридическое или любое другое высшее образование – достаточно просто вчитаться в текст и включить элементарную логику. То есть руководство министерства пытается ввести общественность в заблуждение.
- Зачем вообще нужен был этот документ? Что он дает нашей стране?
- В его названии говорится, что это соглашение между Казахстаном и Узбекистаном о совместном управлении и рациональном использовании трансграничных водных объектов. И если бы речь в нем шла только об объектах, которыми можно управлять на двусторонней основе, о вопросах, решение которых находится в компетенции исключительно двух договаривающихся государств (например, реконструкция и цифровизация пограничных гидропостов, содержание и эксплуатация каналов, проходящих по территориям Казахстана и Узбекистана, реализация совместных проектов, имеющих целью рациональное использование воды, и т.д.), то, как говорится, флаг в руки.
Но в 3-й статье текста соглашения его авторы подвели под понятие «водный объект» сток Сырдарьи, то есть ее водные ресурсы. А последними, помимо двух наших стран, распоряжаются еще и Кыргызстан с Таджикистаном. Как мы с узбеками можем договариваться о распределении стока реки без участия кыргызов и таджиков, через территории которых этот сток проходит и от которых зависят объемы поступления воды в среднее и нижнее течение Сырдарьи, то есть в Узбекистан и Казахстан? Во-первых, это некорректно по отношению к соседям, а во-вторых, бессмысленно.
Зачем надо было городить огород, что-то придумывать, если есть соглашение от 1992 года, официально закрепившее готовность новых на тот момент государств Центральной Азии придерживаться принципов и схемы вододеления, которые были утверждены постановлением Государственной экспертной комиссии (ГЭК) Госплана СССР от 5 мая 1982-го? Эти договоренности, действующие по сей день, были подкреплены созданием Международного фонда спасения Арала, которому подчинили Межгосударственную водохозяйственную координационную комиссию (МКВК) с бассейновыми водохозяйственными объединениями «Амударья» и «Сырдарья». Их и следует неукоснительно придерживаться.
- Вы видите какие-то риски?
- Повторюсь: судя по тому, что написано во 2-м пункте 3-й статьи соглашения между Казахстаном и Узбекистаном, теперь основополагающим документом при распределении речного стока должно стать не постановление ГЭК, а корректирующая записка к нему. Хочется спросить: с какой целью сделана такая подмена? Кто ее инициировал – наша сторона или узбекская? Были ли при этом просчитаны возможные последствия?
В частности, меня интересует такой момент. В постановлении ГЭК гарантированный приток к Шардаринскому водохранилищу, то есть на территорию Казахстана, установлен в объеме не менее 12 миллиардов кубометров в средние по водности годы и не менее 10 миллиардов в маловодные, в том числе «путем специальных попусков из вышерасположенных водохранилищ в те годы, когда указанный приток не будет обеспечиваться». И в этом постановлении нет фразы, которая присутствует в корректирующей записке: «В отдельные провальные годы возможны снижения водоподачи глубиной до 75% от нормы всех республик и водохозяйственных районов бассейна». То есть авторы записки предлагали разделить «недостачу» воды пропорционально между всеми. В условиях СССР с его единым союзным центром, способным подчинить республики своей воле, такой консенсусный, пусть даже навязанный сверху, вариант был возможен. А попробуйте сейчас заставить Кыргызстан или Таджикистан уменьшить свою долю. Это я к тому, что вообще не стоило вытаскивать корректирующую записку на свет божий и тем более апеллировать к ней как к ключевому документу.
В то же время в соглашении, которое было заключено 15 ноября прошлого года, ничего не говорится о качестве воды, поступающей из Узбекистана по Сырдарье на территорию Казахстана. Между тем, в постановлении ГЭК Госплана, которое чиновники нашего министерства решили проигнорировать, было четко прописано, что ее минерализация на подходе к Шардаринскому водохранилищу не должна превышать 1 грамм на литр. На случай несоблюдения данной нормы существовала шкала перевода процента превышения уровня минерализации в количество воды, которым «пострадавшей» стране компенсировали снижение ее качества. И в этой связи нельзя не сказать о том, что сегодня немалая часть поступающей к нам из Узбекистана воды является возвратной, или, иначе говоря, уже использованной и потом сброшенной обратно в реку. Поэтому она сильно минерализована, следствием чего становится увеличение ее расхода на каждый гектар орошаемой площади на территории уже Казахстана.
Мне могут возразить: мол, качество воды является зоной ответственности другого ведомства – Минэкологии. Но ведь соглашение, о котором идет речь, было заключено не между водными министерствами двух стран, а между их правительствами, и Нурлан Нуржигитов подписал его за всё правительство РК. Значит, на этапе подготовки документа следовало привлечь к работе над ним представителей всех заинтересованных ведомств, включая экологическое.
- И что вы предлагаете?
- Считаю, что надо приостановить процесс ратификации соглашения и самым тщательным образом, с привлечением специалистов, экспертов, хорошо разбирающихся в специфике водной отрасли, экологии, международного права, проанализировать его текст на предмет соответствия национальным интересам РК. Спешка и стремление к показухе (мол, смотрите, какие мы крутые в водной дипломатии) могут обернуться крайне нежелательными последствиями…
Вопросы межгосударственного распределения стока трансграничных рек требуют очень острожного, аккуратного и ответственного подхода. Тем более сейчас, когда геополитическая обстановка в мире накаляется, когда разгораются всё новые и новые конфликты, в том числе вокруг воды. А в регионе Центральной Азии, где этот ресурс имеет особую ценность и где есть достигнутые когда-то договоренности относительно вододеления, которые служат защитой от раздоров между правительствами и народами, тем более не стоит лишний раз будировать эту тему. Как говорят казахи, «Ұйықтап жатқан иттi мазалама»…
Куда более перспективным представляется курс на усиление позиций и влияния Международного фонда спасения Арала (в котором сейчас председательствует Казахстан), а также входящей в его структуру Межгосударственной координационной водохозяйственной комиссии. Именно в рамках этих организаций, объединяющих государства Центральной Азии, возможно сохранение существующего уже десятилетиями статус-кво в том, что касается распределения водных ресурсов…