Выйдут ли маслихаты из политической тени?

Долгое время маслихаты служили удобным трамплином в большую политику, но со своими ключевыми функциями справлялись слабо. Череда реформ последних лет должна была изменить правила игры, наделив местных депутатов реальной властью над бюджетами и акимами. Но изменилось ли что-то по существу? Превращаются ли они во влиятельную силу или остаются ведомыми? В преддверии внеочередных выборов в маслихаты всех уровней, назначенных на 29 ноября, мы решили подвести итоги уходящего электорального цикла. Слово экспертам.

Талгат Исмагамбетов, политолог:

«Больших сдвигов не наблюдается»

- Для представителей бизнес-сообщества и общественного сектора маслихаты продолжают служить карьерным лифтом и каналом лоббирования личных интересов и проектов. Это отчетливо подтверждает первый состав Курултая, куда вошло много местных депутатов от «Аманата». Такой принцип формирования однопалатного парламента показывает, что власти отныне рассматривают маслихаты в том числе как площадку для отбора и продвижения перспективных представителей региональных элит.

Примечательно, что впервые с 1999 года мы наблюдаем роспуск маслихатов отдельно от прекращения полномочий парламента. Ранее это происходило автоматически вслед за роспуском или самороспуском мажилиса, соответственно, и выборы на обоих уровнях шли синхронно. С завершением миссии двухпалатного парламента и созданием Курултая также было ясно, что вскоре последует обновление маслихатов. Но эти две электоральные кампании уже не привязаны друг к другу. Полагаю, теперь избрание местных депутатов будет проходить самостоятельно, а не в тени выборов парламентариев.

По логике, после упразднения сената центральные власти должны уделять больше внимания местным представительным органам. Они будут вынуждены работать с маслихатами всех уровней - от районных до областных - напрямую. Насколько эффективным окажется такое взаимодействие - вопрос открытый. Главным проводником этой политики призвана стать новая партия власти «Адилет». По замыслу, она будет принципиально отличаться от своих предшественников: «Аманата», «Нур Отана» и Партии народного единства Казахстана из далеких 1990-х.

Что касается усиления контроля маслихатов за деятельностью акимов, больших сдвигов тут не наблюдается - разве что на четверть шага за последние несколько лет. Депутаты по-прежнему никак не влияют на их назначения, лишь соглашаются с решениями вышестоящего акима или президента, который предлагает две кандидатуры, одна из которых формальная, другая – фаворит. Не говоря уже о практике применения нормы о снятии акима с должности двумя третями голосов маслихата – таких случаев почти не было. При этом разногласия по бюджетам случаются, но последнее слово всегда за акимом.

Далее все будет зависеть от того, насколько эффективно станут действовать партии, и главным образом «Адилет». Тем более что формально условия для этого созданы: половина депутатов областных маслихатов теперь избирается по партийным спискам, а половина - по одномандатным территориальным округам.

Расул Коспанов, политолог:

«Качественное обновление мы вряд ли увидим»

- К сожалению, до сих пор институт маслихатов в стране функционировал преимущественно как инструмент имитации демократического процесса - в этом заключалась его главная задача. Сколько бы ни говорилось в последние годы о реформах, серьезных изменений в местных представительных органах так и не произошло, особенно если сравнивать с преобразованиями парламента и других институтов.

В частности, в 2022 году в Конституции закрепили, что часть депутатов маслихатов избирается по одномандатным округам. Само по себе это неплохо. Однако на практике львиная доля мандатов досталась выдвиженцам от партии «Аманат», фактически не оставившей шансов представителям других политических сил. В том же году маслихаты получили право выбирать акима области или мегаполиса из двух предложенных президентом кандидатур, одна из которых уже определена как фаворит. Но я не припомню ни одного случая, чтобы депутаты спорили по этому поводу и тем более делали ставку на альтернативную фигуру.

Сложно назвать подобное реформами. Выходит, можно принять самую великолепную Конституцию и прописать в ней самые правильные слова, но на практике все продолжит работать по старым лекалам.

При этом маслихаты остаются хорошей возможностью для местных элит пробиться на республиканский уровень. Достаточно посмотреть на состав Курултая, куда вошло немало бывших депутатов маслихатов от упраздненной партии «Аманат». Региональный уровень был для них своеобразной школой и аттестацией перед карьерным прыжком в столицу.

Конечно, нет ничего плохого в том, чтобы маслихаты служили социальным лифтом. Но давайте объективно посмотрим на их состав. Как правило, там всего по два-три представителя молодежи (обязательно жасотановцев), других этнических групп или людей с инвалидностью. Пост председателя обязательно занимает либо бывший высокопоставленный сотрудник акимата, либо функционер правящей партии. Основной же костяк - это бизнес-элита.

Я совсем не против депутатов-предпринимателей - часто это грамотные люди с большим жизненным опытом, добившиеся серьезных успехов в своей сфере. Но тот факт, что нередко они связаны с компаниями, регулярно выигрывающими тендеры (на благоустройство, озеленение, ремонт дорог и прочее), подтверждает, что в маслихатах переплетаются серьезные экономические интересы.

Как я отмечал в своем исследовании, среди депутатов Астаны преобладают управленцы - руководители коммунальных предприятий, представители квазигосударственного сектора, бывшие чиновники и силовики. В Шымкенте мы наблюдаем высокую концентрацию представителей строительного бизнеса, торговли, медицины и образования. В свою очередь, маслихат Алматы показывает более сложную и гибридную конфигурацию: наряду с чиновниками и предпринимателями там заседают представители финансового сектора и креативных индустрий.

И потом нельзя забывать о роли самих руководителей областей, городов и районов. Сколько бы в Астане ни рассуждали о необходимости обновления маслихатов путем привлечения действительно ярких, независимых, способных эффективно работать личностей, в конечном счете именно он решает, кто получит туда пропуск. Система устроена таким образом, что ни один аким не станет подрубать сук, на котором сидит, допуская в местный парламент людей, которые впоследствии могут препятствовать принятию бюджета или проектов акимата.

Возможно, предстоящие выборы нас чем-то удивят. Но в целом, думаю, все будет примерно так же, как и в предыдущих созывах маслихатов. Серьезное качественное обновление мы вряд ли увидим.

И последнее. Наблюдая за инфополем и читая публикации самих депутатов маслихатов в социальных сетях, приходишь к выводу, что лишь 10–20% из них действительно профессионалы, которые находятся на своем месте. Значительная же часть их коллег больше занята откровенным подхалимажем и демонстрацией полной лояльности любым инициативам сверху. Все-таки хочется, чтобы там преобладали люди, сосредоточенные на решении наболевших проблем своих регионов, а не на личной выгоде.