«Многие уже переболели»: когда стихнут языковые споры в Казахстане?

Всего за полтора месяца Касым-Жомарт Токаев дважды - на сессии Халық Кеңесі и съезде «Қазақ тілі» - послал обществу четкий сигнал: языковые манипуляции, провокации и дискриминация опасны, недопустимы и будут жестко пресекаться. А это говорит о том, что ситуация продолжает обостряться. Но под влиянием каких факторов это происходит и что может снизить градус напряжения? Порассуждать на эту тему согласился политолог Газиз Абишев.

- Как вы оцениваете языковую ситуацию в Казахстане?

- Наше общество находится в активной стадии языковой казахизации. Связано это с целым рядом факторов, и в первую очередь - с демографическим.

Наибольшая рождаемость традиционно наблюдается в казахскоязычных регионах - Туркестанской, Алматинской и Мангистауской областях. Свыше 70% детей идут в классы с казахским языком обучения, а почти 80% выпускников школ сдают на нем ЕНТ. Рынок труда ежегодно пополняют сотни тысяч молодых людей, для которых госязык является основным. Многие из них появились на свет в период демографического бума 2000-х годов, обусловленного прежде всего высокой рождаемостью среди этнических казахов.

Параллельно представители советского поколения выходят на пенсию и покидают рынок труда. Кроме того, продолжается миграционный отток славян в Россию, а те, кто остается, так или иначе осваивают казахский - в школах или в местах компактного проживания.

Все эти тенденции будут только усиливаться, меняя языковую структуру общества. В перечисленных регионах, а также в Кызылординской и Атырауской областях такая трансформация практически завершилась. Теперь она постепенно охватывает крупные города - Алматы и Астану, а также северные регионы. Это уже сложившаяся реальность.

Логично, что при таком раскладе знание языка должно становиться важным квалификационным требованием для госслужащих. Им не обязательно вести на нем всю работу, но владеть им необходимо. Понятно, что мгновенно осуществить этот переход невозможно, и особенно сложно перестроиться людям старшего возраста. Но, я думаю, благодаря омоложению кадров свыше 90% сотрудников госаппарата уже знают казахский на среднем уровне и выше.

- А какова, по-вашему, природа перманентных конфликтов на языковой почве?

- Еще 30 лет назад во многих городах страны казахский язык практически отсутствовал, и часть граждан желала, чтобы он хотя бы в какой-то мере появился в общественном пространстве. Когда это произошло, она стала требовать равноправия языков. Добившись паритета, начала настаивать на преобладании государственного языка. Теперь же, когда он занимает доминирующие позиции во многих сферах, некоторые хотят, чтобы это доминирование стало абсолютным, а все остальные языки отошли на второй план.

Это естественное стремление человека выстраивать собственную иерархию амбиций и приоритетов. Касается оно не только языка, но и других сфер жизни. К примеру, для кого-то важно усиление роли религии, а кто-то выступает за светское устройство государства. Одни отдают предпочтение традиционным ценностям, другие - западному ультралиберализму. Кому-то импонирует социалистическая модель государства, а кому-то - правый капитализм. И когда эти противоположные взгляды сталкиваются, возникает противостояние.

Те, для кого главным приоритетом является казахский язык и кто стремится к его тотальному доминированию, придерживаются такой позиции в силу жизненного опыта и среды формирования. Разумеется, они заинтересованы в том, чтобы перемены шли быстрее, поэтому оказывают активное давление на тех, кто не вписывается в их картину мира. Последние в большинстве случаев отступают, но иногда сопротивляются - тогда и возникают вспышки напряженности.

Кроме того, сегодня языковой вопрос все теснее переплетается с геополитикой. Российско-украинский конфликт - один из примеров того, как язык фактически сделали поводом для противостояния. На этом фоне пассионарно настроенная часть общества в Казахстане посчитала нужным использовать казахский в качестве политического инструмента для борьбы с русским как олицетворением российского империализма.

Внешние игроки тоже эксплуатируют эту тему в своих интересах. Их цель - снижение влияния русскоязычного пространства. В то время как Казахстан стремится достичь языкового баланса, они пытаются раскачать маятник, чтобы подтолкнуть ситуацию в другую крайность. В конечном итоге это может привести к ослаблению связей страны с евразийским пространством.

- Что могло бы способствовать снижению напряженности и формированию языковой толерантности в стране?

- Добиться баланса можно только при условии, что принцип «Закон и порядок» будет одинаково применяться в отношении любых провокаций - всегда и везде. О чем, собственно, и говорил президент. Если ущемляется статус государственного языка и не обеспечивается его применение в соответствии с требованиями закона, это должно получать соответствующую правовую оценку. Точно так же необходимо защищать права людей, которые хотят пользоваться удобным для них языком. Когда по всей стране сложится единая правоприменительная практика, количество конфликтов снизится.

Однако сейчас это вряд ли возможно, поскольку политические элиты уже перешли рубеж национализации. Внутри госаппарата большинство составляют языковые пассионарии. Кроме того, есть широкая прослойка культурных элит - бывшие и действующие депутаты, политики, бизнесмены, деятели культуры, - которая выступает источником этого пассионарного бурления. Там и формируется запрос на решительные действия в отношении других языков, которые занимают свои естественные ниши, но воспринимаются как препятствие на пути превращения казахского в единственный язык страны.

И это тоже естественный процесс. Думаю, по мере смены поколений острота языкового вопроса будет постепенно снижаться. Когда большинство населения овладеет государственным языком на уровне выше среднего и на нем будут свободно говорить все публичные люди, эта тема сама собой потеряет важность. В общественной повестке начнут преобладать совсем другие вопросы.

Данный тренд заметен уже сейчас. Казахскоязычных граждан условно можно разделить на два лагеря: одни относятся к языковому вопросу достаточно остро, другие - гораздо спокойнее и толерантнее. Причем среди вторых есть как те, кто всегда придерживался такой позиции, так и те, кто прошел через период обостренного восприятия - проще говоря, переболел этим.

Ну и, конечно, на общественную атмосферу и дальнейшее развитие языковой ситуации могут и, скорее всего, будут влиять различные геополитические и геоэкономические процессы на евразийском пространстве. Какие именно - покажет время.